Вход    
Логин 
Пароль 
Регистрация  
 
Блоги   
Демотиваторы 
Картинки, приколы 
Книги   
Проза и поэзия 
Старинные 
Приключения 
Фантастика 
История 
Детективы 
Культура 
Научные 
Анекдоты   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Персонажи
Новые русские
Студенты
Компьютерные
Вовочка, про школу
Семейные
Армия, милиция, ГАИ
Остальные
Истории   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Авто
Армия
Врачи и больные
Дети
Женщины
Животные
Национальности
Отношения
Притчи
Работа
Разное
Семья
Студенты
Стихи   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Иронические
Непристойные
Афоризмы   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рефераты   
Безопасность жизнедеятельности 
Биографии 
Биология и химия 
География 
Иностранный язык 
Информатика и программирование 
История 
История техники 
Краткое содержание произведений 
Культура и искусство 
Литература  
Математика 
Медицина и здоровье 
Менеджмент и маркетинг 
Москвоведение 
Музыка 
Наука и техника 
Новейшая история 
Промышленность 
Психология и педагогика 
Реклама 
Религия и мифология 
Сексология 
СМИ 
Физкультура и спорт 
Философия 
Экология 
Экономика 
Юриспруденция 
Языкознание 
Другое 
Новости   
Новости культуры 
 
Рассылка   
e-mail 
Рассылка 'Лучшие анекдоты и афоризмы от IPages'
Главная Поиск Форум

Хэмингуэй, Эрнест - Хэмингуэй - Альпийская идиллия

Проза и поэзия >> Переводная проза >> Хэмингуэй, Эрнест
Хороший Средний Плохой    Скачать в архиве Скачать 
Читать целиком
Эрнест Хемингуэй. Альпийская идиллия

-----------------------------------------------------------------------

Ernest Hemingway. An Alpine Idyll (1927). Пер. - В.Топер.

В кн. "Эрнест Хемингуэй". М., "Правда", 1984.

OCR & spellcheck by HarryFan, 14 November 2000

-----------------------------------------------------------------------



    Жарко было спускаться в долину даже ранним утром. Лыжи у нас на плечах оттаивали и сохли на солнце. Весна еще только начиналась в долине, но солнце уже сильно припекало. Мы шли по дороге в Голотурп, нагруженные лыжами и рюкзаками. На кладбище, мимо которого мы проходили, только что кончились похороны. Я сказал "Gruss Gott" [Бог в помощь (нем.)] пастору, когда он, уходя с кладбища, поравнялся с нами. Пастор поклонился.

    - Странно, что пасторы никогда не отвечают, - сказал Джон.

    - Я думал, ему будет приятно сказать "Gruss Gott".

    - Они никогда не отвечают, - сказал Джон.

    Мы остановились посреди дороги и смотрели, как церковный сторож засыпает свежую могилу. Тут же стоял чернобородый крестьянин в высоких кожаных сапогах. Сторож перестал работать и выпрямился. Крестьянин в высоких сапогах взял заступ из рук сторожа и стал засыпать могилу, разравнивая землю, как разравнивают навоз на грядках. Майское утро было так ясно и солнечно, что свежая могила казалась нелепой. Не верилось, что кто-то мог умереть.

    - Вообрази, что тебя хоронят в такое утро, - сказал я Джону.

    - Хорошего мало.

    - Ну, - сказал я, - пока что этого не требуется.

    Мы пошли дальше по дороге, мимо городских домов, к гостинице. Мы целый месяц ходили на лыжах в Сильвретте и рады были очутиться в долине. В Сильвретте мы хорошо походили на лыжах, но там уже наступила весна, - снег был крепок только рано утром и потом к вечеру. В остальное время мешало солнце. Мы оба устали от солнца. Некуда было от него спрятаться. Только скалы и хижина, выстроенная у ледника под выступом скалы, отбрасывали тень, а в тени пропотевшее белье замерзало. Без темных очков нельзя было посидеть перед хижиной. Нам нравилось загорать дочерна, но солнце очень утомляло. Оно не давало отдохнуть. Радовался я и тому, что ушел от снега. В Сильвретте уже слишком сильно чувствовалась весна. Мне немного надоели лыжи. Мы слишком долго пробыли в горах. У меня во рту остался вкус талой воды, которую мы пили, собирая ее с железной крыши хижины. Я не мог отделаться от этого привкуса, когда думал о лыжах. Я радовался, что на свете существуют не только лыжи, и я радовался, что ушел от неестественно ранней высокогорной весны к этому майскому утру в долине.

    На крыльце гостиницы, раскачиваясь на стуле, сидел хозяин. Рядом с ним сидел повар.

    - Привет лыжникам! - сказал хозяин.

    - Привет! - ответили мы, прислонили лыжи к стене и скинули рюкзаки.

    - Хорошо было наверху? - спросил хозяин.

    - Отлично. Только слишком много солнца.

    - Да, в это время уже слишком много солнца.

    Повар остался сидеть. Хозяин вошел с нами в дом, отпер контору и вынес нашу почту - пачку писем и несколько газет.

    - Давай выпьем пива, - сказал Джон.

    - Давай. Только здесь, не на воздухе.

    Хозяин принес две бутылки, и мы выпили их, читая письма.

    - Не выпить ли еще? - сказал Джон. На этот раз пиво принесла служанка. Она улыбнулась, откупоривая бутылки.

    - Много писем, - сказала она.

    - Да. Много.

    - "Prosit" [на здоровье (нем.)], - сказала она и вышла, захватив пустые бутылки.

    - Я уже забыл, какой вкус у пива.

    - А я нет, - сказал Джон. - Там, в хижине, я часто вспоминал его.

    - Ну вот, - сказал я, - дорвались наконец.

    - Ничего нельзя делать слишком долго.

    - Нельзя. Мы пробыли там слишком долго.

    - До черта долго, - сказал Джон. - Не годится делать что-нибудь слишком долго.

    Солнце светило в открытое окно и пронизывало бутылки с пивом на столе. Бутылки были наполовину пусты. Пиво в бутылках пенилось не сильно, потому что оно было очень холодное. Когда его наливали в высокие кружки, пена поднималась и кольцом окаймляла края. Я смотрел в окно на белую дорогу. Деревья по обочинам дороги были в пыли. Дальше виднелись зеленое поле и ручей. На берегу ручья среди деревьев стояла лесопилка с водяным колесом. Лесопилка была открыта с одной стороны, и я видел длинное бревно и пилу, ходившую вверх и вниз. Никто не направлял ее. По зеленому полю расхаживали четыре вороны. На дереве сидела еще ворона и смотрела на них. На крыльце повар встал со стула и через сени прошел в кухню. Здесь, в комнате, солнце пронизывало пустые стаканы на столе. Джон сидел, положив локти на стол и подперев голову руками.

    Я увидел в окно двух мужчин, поднимающихся по ступенькам крыльца. Отворилась дверь, и они вошли. Один из них был бородатый крестьянин в сапогах, другой - церковный сторож. Они сели за столик у окна. Вошла служанка и остановилась у их столика. Крестьянин, казалось, не замечал ее. Он сидел, положив руки на стол. Он был в старой солдатской куртке, с заплатами на локтях.

    - Что будем пить? - спросил сторож. Крестьянин не ответил, будто и не слышал.

    - Что ты хочешь?

    - Шнапс, - сказал крестьянин.

    - И четверть литра красного, - сказал сторож служанке.

    Служанка принесла заказанное, и крестьянин выпил свой шнапс. Он смотрел в окно. Сторож следил за ним. Джон не поднимал головы. Он спал.

    Вошел хозяин и направился к их столику. Он сказал что-то на местном диалекте, и сторож ответил ему. Крестьянин по-прежнему смотрел в окно. Хозяин вышел из комнаты. Крестьянин встал. Он вынул из кожаного бумажника кредитку в десять тысяч крон и развернул ее. Подошла служанка.

    - За все? - спросила она.

    - За все, - сказал крестьянин.

    - За вино я сам заплачу, - сказал сторож.

    - За все, - повторил крестьянин, обращаясь к служанке.

    Она сунула руку в карман передника, вытащила полную горсть монет и отсчитала сдачу. Крестьянин вышел. Как только за ним закрылась дверь, хозяин вернулся в комнату и заговорил со сторожем. Потом сел за его столик. Они говорили на диалекте. Сторож посмеивался. Хозяин брезгливо морщился. Сторож встал из-за стола. Он был маленького роста, с усами. Он высунулся в окно и посмотрел на дорогу.

    - Вот он идет, - сказал он.

    - В "Эдельвейс"?

    - Да.

    Они еще поговорили, а потом хозяин подошел к нашему столику. Хозяин был высокого роста, уже старик. Он посмотрел на спящего Джона.

    - Он, видно, устал.

    - Да, мы рано поднялись.

    - Обедать скоро будете?

    - Хоть сейчас, - сказал я. - Что у вас есть?

    - Все что угодно. Вам сейчас принесут карточку.

    Служанка принесла меню. Джон проснулся. Меню было написано чернилами на карточке, и карточка вставлена в деревянную рамку.

    - Вот тебе Speisekarte, - сказал я Джону. Джон взглянул на меню. Он был еще сонный.

    - Не выпьете ли вы с нами? - спросил я хозяина. Он подсел к нам.

    - Скоты эти крестьяне, - сказал хозяин.

    - Мы уже видели этого на похоронах, когда входили в город.

    - Он жену хоронил.

    - Вот что!

    - Скотина. Все эти крестьяне скоты.

    - Почему скоты?

    - Просто не верится. Просто не верится, какая с ним вышла история.

    - Расскажите.

    - Просто не верится. - Хозяин повернулся к сторожу. - Франц, поди-ка сюда. - Сторож подошел, захватив бутылочку вина и стакан.

    - Молодые люди только что вернулись из Висбаденерхютте, - сказал хозяин.

    Мы поздоровались.

    - Что вы будете пить?

    - Ничего. - Франц отрицательно повел пальцем.

    - Еще четверть литра?

    - Пожалуй.

    - Вы понимаете диалект? - спросил хозяин.

    - Нет.

    - А в чем дело? - спросил Джон.

    - Он сейчас расскажет нам про того крестьянина, который засыпал могилу, когда мы входили в город.

    - Я все равно ничего не пойму, - сказал Джон. - Они говорят слишком быстро.

    - Он приехал сегодня хоронить жену, - сказал хозяин. - Она умерла в ноябре.

    - В декабре, - поправил сторож.

    - Это все равно. Так, значит, она умерла в декабре, и он дал знать в общину.

    - Восемнадцатого декабря, - сказал сторож.

    - Но он не мог привезти ее и похоронить, пока не стаял снег.

    - Он живет по ту сторону Пазнауна, - сказал сторож, - но он нашего прихода.

    - Он никак не мог привезти ее? - спросил я.

    - Нет, не мог. Пока не сойдет снег, оттуда, где он живет, можно добраться только на лыжах. Так вот сегодня он привез ее, чтобы похоронить, а пастор, когда посмотрел на ее лицо, хоронить не захотел. Дальше ты рассказывай, - сказал он сторожу, - только говори не по-своему, а так, чтобы все поняли.

    - Очень смешно вышло с пастором, - сказал сторож. - В удостоверении о смерти было сказано, что она умерла от сердечной болезни. Мы все знали, что у нее больное сердце. Иногда ей делалось дурно в церкви. Последнее время она совсем не приходила. Не могла подниматься в гору. Когда пастор, откинув одеяло, открыл ее лицо, он спросил Олза:

    - Она очень страдала?

    - Нет, - сказал Олз. - Я пришел домой и вижу - она лежит поперек кровати мертвая.

    Пастор еще раз посмотрел на нее. Что-то, видно, ему не нравилось.

    - Отчего у нее сделалось такое лицо?

    - Не знаю, - сказал Олз.

    - А ты подумай, может быть, вспомнишь, - сказал пастор и опустил одеяло. Олз ничего не ответил. Пастор смотрел на него. Олз смотрел на пастора. - Вы хотите знать?

    - Я должен знать, - сказал пастор.

    - Вот тут-то и начинается самое интересное, - сказал хозяин. - Слушайте. Рассказывай, Франц.

    - Так вот, - сказал Олз, - она умерла, я известил общину и убрал ее в сарай на сложенные дрова. Потом мне эти дрова понадобились, а она уже совсем закоченела, и я прислонил ее к стене. Рот у нее был открыт, и когда я вечером приходил в сарай пилить дрова, я вешал на нее фонарь.

    - Зачем ты это делал? - спросил пастор.

    - Не знаю, - ответил Олз.

    - И часто ты это делал?

    - Каждый раз, когда вечером работал в сарае.

    - Ты поступил очень дурно, - сказал пастор. - Ты любил свою жену?

    - О да, любил, - сказал Олз. - Я очень любил ее.

    - Вы все поняли? - спросил хозяин. - Вы все поняли про его жену?

    - Почти.

    - А как насчет обеда? - спросил Джон.

    - Заказывай, - сказал я. - Выдумаете, это правда? - спросил я хозяина.

    - Конечно, правда, - сказал он. - Скоты эти крестьяне.

    - А куда он пошел?

    - Он пошел в другой трактир, в "Эдельвейс".

    - Он не захотел пить со мной, - сказал Франц.

    - Он не хотел пить у меня, потому что Франц узнал про историю с его женой, - сказал хозяин.

    - Послушай, - сказал Джон, - а как насчет обеда?

    

... ... ...
Продолжение "Альпийская идиллия" Вы можете прочитать здесь

Читать целиком
Все темы
Добавьте мнение в форум 
 
 
Прочитаные 
 Альпийская идиллия
показать все


Анекдот 
Третий закон Кирхгофа гласит: Если одной рукой взяться за фазу, а другой - за ноль, то ноги укажут направление выноса тела.
показать все
    Профессиональная разработка и поддержка сайтов Rambler's Top100