Вход    
Логин 
Пароль 
Регистрация  
 
Блоги   
Демотиваторы 
Картинки, приколы 
Книги   
Проза и поэзия 
Старинные 
Приключения 
Фантастика 
История 
Детективы 
Культура 
Научные 
Анекдоты   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Персонажи
Новые русские
Студенты
Компьютерные
Вовочка, про школу
Семейные
Армия, милиция, ГАИ
Остальные
Истории   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Авто
Армия
Врачи и больные
Дети
Женщины
Животные
Национальности
Отношения
Притчи
Работа
Разное
Семья
Студенты
Стихи   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Иронические
Непристойные
Афоризмы   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рефераты   
Безопасность жизнедеятельности 
Биографии 
Биология и химия 
География 
Иностранный язык 
Информатика и программирование 
История 
История техники 
Краткое содержание произведений 
Культура и искусство 
Литература  
Математика 
Медицина и здоровье 
Менеджмент и маркетинг 
Москвоведение 
Музыка 
Наука и техника 
Новейшая история 
Промышленность 
Психология и педагогика 
Реклама 
Религия и мифология 
Сексология 
СМИ 
Физкультура и спорт 
Философия 
Экология 
Экономика 
Юриспруденция 
Языкознание 
Другое 
Новости   
Новости культуры 
 
Рассылка   
e-mail 
Рассылка 'Лучшие анекдоты и афоризмы от IPages'
Главная Поиск Форум

Рассказы - - Очаровательная женщина

Проза и поэзия >> Переводная проза >> Джером, К.Джером >> Рассказы
Хороший Средний Плохой    Скачать в архиве Скачать 
Читать целиком
Джером К.Джером. Очаровательная женщина

-----------------------------------------------------------------------

Пер. - М.Колпакчи. В кн.: "Джером К.Джером". Лениздат; 1980.

OCR & spellcheck by HarryFan, 23 August 2002

-----------------------------------------------------------------------



    (Из сборника "Наброски в трех цветах" -

    "Sketches in Lavender Blue and Green", 1893)


    - Неужели вы тот самый мистер N?

    В ее глубоких карих глазах я прочел радостное изумление, к которому примешивалась боязнь ошибиться. Она переводила взгляд с меня на моего приятеля, только что познакомившего меня с ней, и в ее чарующей улыбке недоверие уступало место надежде.

    Он, смеясь, подтвердил, что я действительно являюсь "тем самым, единственным, неповторимым", и удалился, оставив нас вдвоем.

    - А я почему-то представляла вас таким степенным, уже немолодым, - сказала она с очаровательной улыбкой и прибавила тихим, мягким голосом: - Я очень рада познакомиться с вами, искренне рада.

    Слова эти могли показаться обыкновенной светской любезностью, но зато голос ее ласковым теплом проникал в самую душу.

    - Садитесь около меня, мне так хочется, чтобы вы поговорили со мной, - сказала она, давая мне место рядом с собой на маленьком диванчике.

    Я неловко сел рядом с нею, чувствуя легкий шум в ушах, как бывает после лишнего бокала шампанского. В ту пору я еще делал первые шаги в литературе. Одна маленькая книжка рассказов плюс несколько очерков и критических заметок, появившихся в малоизвестных журналах, составляли весь мой вклад в текущую английскую литературу. И вдруг оказывается, что я уже нечто, что очаровательные женщины знают обо мне, приходят в восторг от знакомства со мной, - какое волнующее открытие!

    - Неужели действительно вы автор этой умнейшей книги, - продолжала она, - и всех этих блестящих статей в журналах и газетах? Ах, какое наслаждение быть таким остроумным!

    Тут она вздохнула с кокетливым сожалением, и этот вздох отозвался в моей груди. Стремясь утешить ее, я начал бормотать какой-то вымученный комплимент, но она прикосновением веера остановила меня. Потом я был ей очень благодарен за это: подобные вещи следует выражать совсем иначе.

    - Я знаю, что вы собирались мне сказать. Но не говорите ничего, - рассмеялась она. - К тому же, кто знает, как толковать ваши слова. Ведь вы такой насмешник!

    Я постарался придать своему лицу такое выражение, будто я способен насмехаться над кем угодно, только не над нею.

    Ее рука, с которой она сняла перчатку, на мгновение задержалась на моей руке. Продлись это еще мгновение, и я бы бросился перед ней на колени или стал бы на голову у ее ног, одним словом, разыграл бы дурака на глазах у всех. Но ее движения были рассчитаны до малейших долей секунды.

    - _От вас_ я бы не хотела слышать любезностей. Я хочу, чтобы мы стали _друзьями_, хотя по возрасту я гожусь вам в матери. (На вид ей можно было дать не больше двадцати шести лет, хотя по метрике ей, возможно, было тридцать два, я же, несмотря на свои двадцать три года, был еще совсем зелен и глуп.)

    - Вы знаете людей нашего круга, - продолжала она, - и вы, к счастью, так на них не похожи. В сущности общество состоит из пустых, никчемных и неискренних людей, не правда ли? Если бы вы знали, как мне иногда хочется бежать от них, встретиться с человеком, который бы читал в моей душе, как в открытой книге, и понимал меня. Надеюсь, вы будете навещать меня, и часто. Я всегда дома по средам. Я буду рассказывать вам все, что у меня на душе. Но только вы тоже должны говорить мне о всех своих мыслях и планах.

    Я подумал, что, может быть, ей будет приятно, если я сейчас же поделюсь с нею некоторыми сокровенными думами, но не успел я произнести и двух слов, как около нас появился один из представителей пустого и никчемного общества и пригласил ее к ужину, так что она была вынуждена покинуть меня.

    Но прежде чем исчезнуть в пестрой толпе гостей, ока бросила мне через плечо полужалобный, полусмеющийся взгляд, который яснее слов говорил: "Посочувствуйте, мне будет невыносимо скучно в обществе этого ничтожества!"

    И мне было ее очень жаль.

    В конце вечера, перед уходом, я прошел по всем залам, разыскивая ее. Мне хотелось сказать ей, что она всегда может рассчитывать на мое сочувствие и поддержку. Но ее не было. Дворецкий сказал, что она уже давно уехала вместе с тем самым ничтожеством.

    Недели две спустя я случайно встретил на Риджентс-стрит одного из моих приятелей, молодого литератора, и мы вместе пошли позавтракать в ресторан.

    - С какой очаровательной женщиной я познакомился вчера вечером, - сказал он. - Это миссис Клифтон Кортни. Изумительная женщина!

    - Ах, вы тоже познакомились с ней? - воскликнул я. - Мы с ней старые друзья, и она постоянно приглашает меня к себе. Надо будет непременно зайти.

    - А я не знал, что вы уже знакомы с ней, - ответил он. Казалось, этот факт снизил в его глазах достоинства его новой знакомой. Но вскоре он заговорил с прежним восторгом: - На редкость умная женщина! Но боюсь, что я слегка разочаровал ее. - И тут он рассмеялся с таким довольным видом, что я ничего не понял. - Видите ли, она никак не хотела поверить, что я - тот самый писатель Смит. Прочитав мою книгу, она решила, что я уже глубокий старик.

    Если судить о возрасте моего приятеля по его книге, то лично я сказал бы, что ему никак не больше восемнадцати. Ее заблуждение в этом вопросе доказывало недостаточную проницательность, зато он был явно польщен!

    - Очень обидно за нее, - продолжал он. - Живой человек прикован к безжизненному, лицемерному светскому обществу. Она так жаловалась мне. "Не могу вам передать, - говорила она, - как я тоскую по человеку, которому могла бы открыть всю свою душу и кто мог бы понять меня..." Непременно зайду к ней в среду.

    Я решил отправиться вместе с ним.

    Задушевной беседы с хозяйкой дома, о которой я мечтал, у меня не получилось, поскольку в комнату, рассчитанную человек на восемь, набралось восемнадцать. Долгое время я бесцельно переходил от одной группы гостей к другой, распаренный от духоты и никому не нужный. Это состояние знакомо всем молодым людям, бывающим на светских вечерах. Каждый из них, как правило, знает только того, кто привел его сюда, а тот - сразу исчезает. Но под конец мне все же удалось немного поговорить с ней.

    Она встретила меня такой сияющей улыбкой, что я сразу забыл обо всех мучениях, стараясь только удержать ее пальчики в своей руке еще хоть на мгновение.

    - Как мило с вашей стороны, что вы сдержали слово и пришли, - прощебетала она. - Эти люди так надоедливы и утомительны. Садитесь поближе и рассказывайте мне все, что вы делали со времени нашей встречи.

    Она слушала меня секунд десять и перебила вопросом:

    - Скажите, пожалуйста, а тот умный молодой человек, с которым вы сегодня пришли, - я познакомилась с ним у милой леди Леннон, - он тоже что-нибудь написал?

    Я ответил, что недавно вышла его первая книга.

    - Расскажите о ней подробнее, - попросила она. - У меня так мало свободного времени, что я стараюсь читать только те книги, которые могут быть полезны.

    При этом она устремила на меня полный благодарности взгляд, который был красноречивее всяких слов.

    Я рассказал ей содержание повести моего приятеля и, стремясь отдать ему должное, процитировал на память несколько фраз, которыми он особенно гордился. Больше всего ей понравилась одна фраза: "Объятия доброй женщины подобны спасательному кругу, который само небо бросает мужчине".

    - Ах, как это красиво! - восторгалась она. - Скажите это мне еще раз, прошу вас.

    Я произнес всю фразу сначала, и она вслух повторила ее.

    Потом ею завладела какая-то шумная пожилая дама, а я забился в уголок, тщетно стараясь показать, что мне очень весело.

    Когда настала пора уходить, я стал разыскивать своего приятеля и увидал его оживленно беседующим с хозяйкой дома. Я решил подождать и остановился неподалеку. Они обсуждали убийство, недавно происшедшее в Ист-Энде. Женщину зарезал ее собственный муж, трудолюбивый ремесленник, доведенный до исступления поведением жены, пропивавшей его заработок и разрушившей семью.

    - Ах, - говорила очаровательная миссис Кортни, - какая огромная власть дана женщине! Она может затоптать мужчину в грязь или поднять высоко-высоко. Когда я читаю или слышу о судебном деле, в котором замешана женщина, мне всегда приходят на память чудесные строчки из вашей книги: "Объятия доброй женщины подобны спасательному кругу, который само небо бросает мужчине".


    О религиозных и политических взглядах этой дамы существуют различные мнения.

    Вот что говорит по этому поводу англиканский пастор:

    - Это ревностная христианка, сэр, но из тех, что не выставляют свою набожность напоказ. Она - оплот нашей церкви. Я горжусь знакомством с ней, горжусь, что мои простые слова явились тем скромным орудием, которому удалось вырвать чуткое сердце этой женщины из светского омута, удалось направить ее мысли в область возвышенного. Она верная дочь церкви, сэр, в лучшем смысле этого слова...

    Молодой аббат с бледным аристократическим лицом, глубокими горящими глазами, каких не увидишь у людей нашего поколения, говорит некой графине:

    - Я возлагаю большие надежды на нашего дорогого друга. Ей нелегко освободиться от пут, свойственных ее возрасту: все мы рабы своих чувств. Но ее сердце стремится в лоно католической церкви, как ребенок, выросший среди чужих, спустя много лет тянется к вскормившей его груди. Мы не раз беседовали с нею, и мне, может быть, суждено быть гласом в пустыне, по зову которого заблудшая овечка вернется в свое стадо...

    Сэр Гарри Беннет, известный теософ, пишет о ней одному из своих друзей:

    "Она исключительно одаренная женщина. Самостоятельная, волевая натура. Жаждет познать истину. Полет мысли и доводы рассудка ей не чужды, разум ей дороже всего. Мне не раз случалось беседовать с нею, и меня поражала необычайная быстрота ее восприятий. Я убежден, что мои доводы принесли свои плоды и что в ближайшее время она сделается достойным членом нашего маленького кружка. Не опасаясь нарушить доверенную мне тайну, могу сказать, что почти считаю ее обращение свершившимся фактом".

    Полковник Максим всегда говорит о ней, как о светлой опоре государства.

    - Враг среди нас, - говорит бодрый старый служака. - Да, да! И все верные патриоты должны объединиться для защиты отечества! Честь и слава таким благородным леди, как миссис Клифтон Кортни, которые, преодолев свою врожденную скромность, смело вдут вперед и в наше критическое время вступают в борьбу со смутами и беззакониями, творящимися в стране!

    - Но, - скажет кто-нибудь из его собеседников, - я слышал от молодого Джоселина, что миссис Клифтон Кортни принадлежит к людям с весьма передовыми взглядами.

    - Ба, Джоселин! Нашли авторитетную личность! - презрительно откликнется полковник. - Может быть, и было время, когда длинные волосы и трескучие фразы этого краснобая ненадолго увлекли ее, но я льщу себя уверенностью, что сумел вставить ему палку в колеса. Черт меня побери, сэр, но она согласилась баллотироваться в президентки Бермондсейского филиала лиги "Примроз" на будущий год. Желал бы я знать, что на это скажет бездельник Джоселин?

    А Джоселин сказал следующее:

    - Я знаю, что она слабая женщина, но не обвиняю, а жалею ее. Когда придет время, - а оно придет рано или поздно, - и женщина перестанет быть марионеткой, танцующей по прихоти безмозглого мужчины, когда общество не будет мстить женщине за то, что она осмеливается поступать по велениям совести и не покоряется во всем воле мужа, отца или брата, - только тогда можно будет составить о ней справедливое мнение. Я не собираюсь предавать гласности секреты, доверенные мне страдающей женской душой, но вы можете передать от меня этому забавному допотопному ископаемому, полковнику Максиму, что пусть он и всякие провинциальные старухи выбирают миссис Клифтон Кортни в президентки любой лиги и тешатся этим. Им принадлежит только внешняя оболочка этой женщины, а ее сердце бьется в одном ритме с гулким шагом народа, идущего по пути прогресса, ее глаза устремлены к сиянию грядущего рассвета...

    

... ... ...
Продолжение "Очаровательная женщина" Вы можете прочитать здесь

Читать целиком
Все темы
Добавьте мнение в форум 
 
 
Прочитаные 
 Очаровательная женщина
показать все


Анекдот 
В Санкт-Петербурге задержан американский шпион с чертежами имитационного снаряда.

зы: Да нашими учебными снарядами корабли топить можно! :)
показать все
    Профессиональная разработка и поддержка сайтов Rambler's Top100