Вход    
Логин 
Пароль 
Регистрация  
 
Блоги   
Демотиваторы 
Картинки, приколы 
Книги   
Проза и поэзия 
Старинные 
Приключения 
Фантастика 
История 
Детективы 
Культура 
Научные 
Анекдоты   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Персонажи
Новые русские
Студенты
Компьютерные
Вовочка, про школу
Семейные
Армия, милиция, ГАИ
Остальные
Истории   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Авто
Армия
Врачи и больные
Дети
Женщины
Животные
Национальности
Отношения
Притчи
Работа
Разное
Семья
Студенты
Стихи   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Иронические
Непристойные
Афоризмы   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рефераты   
Безопасность жизнедеятельности 
Биографии 
Биология и химия 
География 
Иностранный язык 
Информатика и программирование 
История 
История техники 
Краткое содержание произведений 
Культура и искусство 
Литература  
Математика 
Медицина и здоровье 
Менеджмент и маркетинг 
Москвоведение 
Музыка 
Наука и техника 
Новейшая история 
Промышленность 
Психология и педагогика 
Реклама 
Религия и мифология 
Сексология 
СМИ 
Физкультура и спорт 
Философия 
Экология 
Экономика 
Юриспруденция 
Языкознание 
Другое 
Новости   
Новости культуры 
 
Рассылка   
e-mail 
Рассылка 'Лучшие анекдоты и афоризмы от IPages'
Главная Поиск Форум

Цикл Бландинг (Лорд Эмсворт): - Эмсворт - Хлопоты Лорда Эмсворта

Проза и поэзия >> Переводная проза >> Вудхауз, Пэлем Грэнвил >> Цикл Бландинг (Лорд Эмсворт):
Хороший Средний Плохой    Скачать в архиве Скачать 
Читать целиком
Пэлем Грэнвил Вудхауз. Хлопоты Лорда Эмсворта

---------------------------------------------------------------

© Copyright P.G.Wodehouse. Lord Emsworth Acts for the Best (1926)

© Copyright Перевод Н. Трауберг (1995, 2000)

Origin: The Russian Wodehouse Society (wodehouse.ru)

---------------------------------------------------------------

Штаб-квартира прислуги в Бландингском замке, обитель домоправительницы,

была в обычное время приятной, даже веселой. Туда весь день глядело солнце,

а обои выбрал когда-то человек, полагавший, что девяносто семь розовых птиц

на девяноста семи голубых кустах бодрят и освежают. Однако с появлением

дворецкого в комнате похолодало, а хозяйка ее, отложив вязанье, тревожно

взглянула на пришельца.

-- Что случилось, мистер Бидж? -- спросила она. Дворецкий хмуро

посмотрел в окно. Он тяжело дышал, как дышит тот, кто страдает от избытка

чувств и от аденоидов. Солнечный луч, скользивший по ковру, поймал его

угрюмый взгляд и смутился.

-- Я принял решение, миссис Твемлоу, -- ответил дворецкий.

-- Какое?

-- С той самой поры, как он ее растит, я вижу на стене письмена. Все.

Как только он вернется, ухожу. Восемнадцать лет служил я этому дому, начал с

младшего лакея, достиг высот, но больше я не могу.

-- Неужто из-за бороды?

-- Именно. Не только я, вся округа... Вы знаете, что в прошлое

воскресенье, на школьном празднике, кто-то крикнул: "Козел!"?

-- Не может быть!

-- Может, миссис Твемлоу. Чего еще ждать? Ах, то ли еще будет! Из-за

этой бороды от нас отходят лучшие люди графства. Сэр Грегори искоса глядел

на нее, когда обедал у нас в пятницу.

-- Борода не очень красивая... -- признала домоправительница.

-- Именно. Я обязан открыть ему глаза. Пока я здесь служу, это

невозможно. Что ж, попрошу увольнения. Тогда я свободен. Это не тосты под

той крышкой, миссис Твемлоу?

-- Да, мистер Бидж, тосты. Попробуйте! Может, развеселитесь.

-- Развеселюсь! -- с горьким смехом воскликнул дворецкий.

К счастью, в эти минуты лорд Эмсворт сидел у себя, в Клубе старых

консерваторов, и не подозревал о нависшей над ним беде. Но ему и так было о

чем подумать.

В последние дни все не ладилось. Макалистер, старший садовник, сообщил

о нашествии зеленой тли. Глубоко почитаемая корова, готовившаяся к выставке,

съела что-то, неведомое медикам. Более того -- пришла телеграмма от младшего

сына, который приплыл в Англию и почему-то хотел видеть отца.

Об этом и думал злосчастный граф, рассеянно глядя на консерваторов.

Нет, почему возвращается Фредди? Что ему делать в Англии? Восемь месяцев

назад он женился на Ниагаре Доналдсон, которая живет в Америке, -- значит,

должен быть в Америке, а он в Лондоне, да еще, судя по телеграмме, чем-то

встревожен.

Лорд Эмсворт задумчиво погладил подбородок -- все же так легче мыслить

-- и удивился нежданному препятствию Сосредоточив на этой загадке весь свой

разум, он понял, что там -- борода; и расстроился. Что ж это такое, в конце

концов, какие-то водоросли! В общем, он еще больше рассердился на Фредди,

хотя и совершенно зря.

В этот самый миг он увидел, что беспутный сын идет через комнату к

нему.

-- Привет! -- сказал Фредди.

-- В чем дело, Фредерик? -- спросил граф. Они помолчали. Фредди

вспомнил об их последней встрече, когда сам он женился на девушке, которую

многострадальный лорд видел только в телескоп, а этот лорд, его отец, думал

о неприятных словах, которые прочитал в телеграмме: "затруднительном

положении". Пятнадцать лет кряду он выручал сына из таких положений,

казалось бы -- отдал в хорошие руки, и вот опять!

-- Садись, -- печально сказал он.

-- Мерси, -- сказал Фредди. -- Давно оброс?

-- Что?

-- Ну, бородой. Прямо не узнаешь! Лорд Эмсворт снова дернулся от горя.

-- При чем тут борода?!

-- Хорошо, не буду, -- согласился Фредди. -- Спасибо, что приехал.

-- Я приехал, -- сказал граф, -- потому что ты в этом... в положении.

-- Вот он, британец! -- одобрил Фредди.

-- Понять не могу, -- продолжал граф, -- какие такие положения!

Надеюсь, дело не в деньгах?

-- Что ты! Если бы в деньгах, я бы не к тебе обратился. Папаша

Доналдсон -- молодец! А меня как любит! Ест из рук.

-- Да? -- удивился все тот же граф. -- Я видел мистера Доналдсона всего

один раз, но он мне показался умным.

-- То-то и оно. Очень меня любит. Нет, тут не деньги. Агги,

понимаешь... моя жена...

-- Что же с ней?

-- Она меня бросила.

-- Бросила!

-- Раз и навсегда. Оставила записку. Сейчас она в "Савое", но меня не

пускает. Живу на Кинг-стрит, если это жизнь.

Лорд Эмсворт глубоко вздохнул, поражаясь тому, как молодой человек,

даже такой привычный, умеет запутать свои дела. Случилось чудо, он сумел

провести дочь миллионера -- и что же? Он ее упускает. Много лет назад, в

ранней молодости, романтический Кларенс жалел, что у старого рода Эмсвортов

нет фамильного проклятия. Подозревал ли он, что сам его породит?

-- Виноват, конечно, ты? -- ровным голосом спросил он.

-- В определенном смысле, да. Но...

-- Что именно случилось?

-- Как тебе сказать... Ты знаешь, я всегда любил кино. Ходил на все

фильмы. Хорошо. Лежу я ночью -- и вдруг думаю: почему бы мне не написать

сценарий? Пришла, понимаешь, мысль. И какой сюжет! Один бедный человек попал

под машину, ему нужна операция. Просят задаток, пятьсот долларов, а у него

их нету. Тогда его жена идет к миллионеру...

-- Что, -- спросил лорд Эмсворт, -- это за чушь?

-- Чушь? -- не поверил Фрелди. -- Это мой сценарий.

-- Я не хочу его слушать, -- сказал граф. -- Я хочу узнать если можно,

в двух словах, почему ты поссорился с женой.

-- А я и рассказываю. Все началось со сценария. Когда я его написал, я

захотел его продать, а тут как раз приехала Полина Птит, и один приятель нас

познакомил.

-- Кто такая Полина Птит?

-- Ну, знаешь! -- Фредди опять себе не поверил. -- Нет, не может быть!

Это же звезда! Ты видел "Рабов страсти"?

-- Не видел.

-- И "Шелковых цепей"?

-- И цепей.

-- И "Багровую любовь"? Ну, хоть "Золотые узы"? "Соблазн"? Да что же

это такое!

-- Что случилось с этой женщиной?

-- Значит, нас познакомили, и я стал ее охмурять. Понимаешь, если ей

понравиться, все пойдет как по маслу. Приходилось с ней видеться, сам

понимаешь, и Джейн Йорк застукала нас в таком ресторанчике.

-- Господи!

-- Ничего страшного, все прилично. Деловая встреча. Плохо то, что я

ничего не говорил Агги. Хотел сделать сюрприз. Купят сценарий, приду к ней,

и она увидит, что я не такой уж дурак.

-- Если женщина способна поверить...

-- А что уж совсем плохо, я сказал, что еду по делу в Чикаго. Ну, в

общем, сейчас она в "Савое"...

-- Кто такая Джейн Йорк?

-- Стерва, причем из самых вредных. Иевуссеянка и амалекитянка. Если б

не она, я бы все уладил. Понимаешь, она хотела, чтобы Агги вышла за ее

брата. Я думаю, она заманивает Агги в Париж, чтобы они опять встретились. В

общем, надо что-то делать. Надеюсь на тебя.

-- На меня? А что я могу?

-- Поговори с ней, похлопочи! В фильмах хлопочут. Сколько раз я видел,

как седой отец...

-- Чушь и чепуха! -- обиделся лорд Эмсворт, которому, как многим

пожилым людям, казалось, что он совсем молодой. -- Сам виноват, сам и

тушись.

-- Пардон?

-- Ну, крутись в собственном соку! В общем, я помогать не буду.

-- Не будешь?

-- Нет.

-- То есть будешь?

-- То есть не буду.

-- Хлопотать? -- спросил на всякий случай дотошный Фредди.

-- Вмешиваться в это грязное дело.

-- И звонить ей не будешь?

-- Нет.

-- Ну, что это ты! Номер шестьдесят семь. Всего два пенса.

-- Нет!

Фредди печально встал с кресла.

-- Что ж, -- сказал он, -- очень хорошо. Жизни моей конец. Если Агги

уедет в Париж и получит развод, удалюсь в какую-нибудь тишь, протяну года

два-три... До свиданья.

-- До свиданья, Фредерик.

-- Тюху-тюху... -- промолвил Фредди.

x x x


     Обычно лорд Эмсворт засыпал рано и спал крепко. Как и Наполеон Бонапарт, он умел погрузиться в сон, едва коснувшись головой подушки. Однако в эту ночь, под гнетом забот, он тщетно искал забвения. Под утро он сел в постели, весь дрожа. Его посетила ужасная мысль.

     Фредди упомянул о какой-то тиши. Возможно, -- но что, если это Бландингский замок? Одно предположение вогнало графа в дрожь, ибо он считал, что сын его опасней для доброй сельской жизни, чем глисты у лошадей, зеленая тля и даже сап. Словом, чувство было такое, будто бедного лорда ударили чем-нибудь по затылку.

     И он подумал: был ли он добр к сыну? Не был ли жесток? Не отказал ли в милости? В общем, сделал ли то, что должен делать отец?

     Ответы были соответственно: "нет", "да", "да", "нет".

     За утренним чаем лорд Эмсворт уже совсем твердо решил пойти к невестке и хлопотать, как никто еще не хлопотал.

     После бессонницы хлопотать трудно. Только днем, поглядев на цветы в Кенсингтонском саду и пообедав в "Риджент Грилл" (отбивная, полбутылки кларета), лорд Эмсворт обрел себя. Голова прояснилась, тупость уступила место шустрости.

     Уступила она настолько, что в отеле "Савой" граф проявил неожиданное хитроумие. Прежде чем сказать портье свое имя, он помолчал. Вполне возможно, думал он, невестка включила в свою вендетту весь их род, а тогда -- задушит хлопоты на корню, узнав, что это он. Лучше не рисковать. Решив это, он кинулся к лифту и оказался у номера шестьдесят седьмого.

     Он постучал в дверь. Ответа не было. Он постучал снова, потом еще и еще, а уж потом -- немного опешил и совсем бы ушел, если бы не заметил, что дверь открыта. Тогда он ее толкнул, вошел и оказался в гостиной, уставленной всевозможными цветами.

     Цветы приманивали его всегда. Несколько счастливых минут он ходил от вазы к вазе.

     Когда он понюхал в двадцатый раз, ему почудилось, что в комнате отдается какой-то звук: посопишь -- и он вроде бы сопит. Однако людей тут не было. Чтобы окончательно проверить акустику, бедный граф засопел погромче, но в ответ послышалось скорее рычание.

     Это рычанием и было. У самых ног многострадального пэра крутилась женская муфта, и, в озарении нынешней шустрости, он понял, что это скорее собачка, из тех, которыми женщины вечно набивают свои гостиные.

     -- Господи, помилуй! -- благочестиво воскликнул граф, как восклицали его предки на поле боя, где бывало не легче.

     Кроме того, он попятился. Собачка не отстала. Ног у нее не было, двигалась она только верою.

     -- Уходите! -- сказал ей лорд Эмсворт.

     Маленьких собак он не любил и, допятившись до двери, решил спрятаться. Что поделаешь! Один Эмсворт спрятался при Азенкуре.

     На этот, третий раз он оказался в спальне, видимо -- надолго. Мохнатая тварь уже не пыталась усмирить свою ярость, она мерзко лаяла, время от времени царапая дверь.

     -- Уходите! -- закричал граф.

     -- Кто там?

     Лорд Эмсворт подскочил, как блоха. Он привык к мысли, что в номере нет никого, и совсем перепугался.

     -- Кто там?

     Тайна, уже обретавшая потусторонние тона, внезапно раз решилась: голос говорил из-за другой двери. По-видимому судьба так зла, что приурочила первый визит свекра к купанию невестки.

     Граф подошел к дверям и робко сказал:

     -- Пожалуйста, не пугайтесь!..

     -- Кто там? Что вы тут делаете?

     -- Главное, вы не пугайтесь...

     Здесь он и прервал фразу, ибо все та же судьба ее опровергла. Причины для страха были. Первая дверь открылась, и злобная муфта, пыша ненавистью, покатилась -- в своей манере, без ног, -- прямо к его лодыжкам.

     Опасность открывает в каждом неведомые черты. Лорд Эмсворт не был акробатом, но прыгнул на славу. Как птица, возвращаясь в гнездо, он пролетел через комнату на кровать, где и остановился. Собачка ярилась внизу, словно волны у скал.

     Именно тогда лорд Эмсворт увидел, что в первых дверях стоит молодая женщина. Знаток женской красоты нашел бы в ней недостатки -- она была коротковата, тяжеловата, почти квадратна; подбородок у нее слишком торчал вперед, волосы отливали неприятной бронзой. Но меньше всего лорду Эмсворту понравился пистолет в ее руке.

     Жалобный голос спросил из ванной:

     -- Кто там?

     -- Какой-то человек, -- ответила девица-с-пистолетом.

     -- Это я понимаю. А к т о он?

     -- Не знаю. С виду -- противный. Выходи оттуда!

     -- Я не могу, я мокрая.

     Стоя на кровати, трудно сохранить достоинство, но лорд Эмсворт очень старался.

     -- Моя дорогая!

     -- Что вы тут делаете?

     -- Дверь была открыта...

     -- И вы понадеялись, что шкатулка тоже открыта, -- закончила за него девица. -- По-моему, -- повысила она голос, чтобы он был слышен в ванной, -- это Допи Смит.

     -- Кто?

     -- Допи Смит. Который пытался украсть твои драгоценности в Нью-Йорке.

     -- Я не Допи Смит! -- вскричал граф. -- Я граф Эмсворт.

     -- Да?

     -- Да.

     -- Ах-ах-ах-ах!

     -- Я пришел к своей невестке.

     -- Что же, вот она.

     Вторая дверь открылась, и вышло прелестнейшее созданье в японском халате. Даже в этот миг лорд Эмсворт удивился, почему такая красавица вышла за Фредерика.

     -- Как ты сказала, кто он? -- спросила она, вызывая еще большее восхищение тем, что уверенно схватила и держит собачку.

     -- Граф Эмсворт.

     -- Да, я граф Эмсворт!

     Красавица в кимоно смотрела, как он слезает с кровати.

     -- Знаешь, Джейн, -- сказала она, -- очень может быть. Вылитый Фредди.

     У лорда Эмсворта, как у всех, бывали минуты застенчивости и недовольства собой, но такого он все-таки не предполагал. "Вылитый Фредди..."

     Девица дико заорала:

     -- Ой, батюшки! Ты что, не видишь?

     -- Чего?

     -- Да это же Фредди! Хочет подлизаться к тебе. Его стиль, как в кино. Снимите бороду, звезда экрана!

     И, не дожидаясь, она вцепилась в нее хваткой современной девушки, воспитанной на хоккее, теннисе и гимнастике.

     Но тут же произнесла:

     -- Гм-м... Вроде бы настоящая. Если, -- сказала она пободрее, -- он не приклеил ее чем-нибудь эдаким. Ну, еще разок!

     -- Не надо, -- сказала невестка графа. -- Это не Фредди. Его бы я сразу узнала.

     -- Значит, вор. Эй, вы! Лезьте вон в тот шкаф, а я позвоню в полицию.

     Лорд Эмсворт сделал несколько недурных па.

     -- Я не полезу ни в какие шкафы, -- сказал он. -- Я требую, чтобы меня выслушали. Не знаю, кто эта леди...

     -- Меня зовут Джейн Йорк.

     -- А, это вы ссорите мужа с женой! Я все знаю. -- И граф обернулся к красавице в кимоно. -- Вчера мой сын Фредерик вызвал меня в Лондон. Уймите эту собаку!

     -- Зачем? -- спросила мисс Йорк. -- Она у себя дома.

     -- Он сообщил мне, -- продолжал лорд Эмсворт, повышая голос, -- что у вас произошла размолвка...

     -- Ха-ха! -- сказала мисс Йорк.

     -- Он обедал с той дамой по делу.

     -- Ясно, ясно, -- откликнулась злодейка. -- Знаем мы эти дела.

     -- Я думаю, это правда, -- вступила в беседу миссис Трипруд. -- Он лорд Эмсворт. Смотри, все знает. Значит, Фредди ему сказал.

     -- Если он вор, он должен все знать. Всюду об этом пишут.

     -- Нет, ты подумай...

     Тут зазвонил телефон.

     -- Уверяю вас... -- начал лорд Эмсворт.

     -- Да, -- сказала в трубку мисс Йорк. -- Пусть идет. -- Она победно взглянула на пришельца. -- Не везет вам, однако. Приехал лорд Эмсворт, сейчас будет здесь.


     Бывает так, что человеческий разум вправе пошатнуться. Лорд Эмсворт, человек тихий, непригодный для нашей суеты, испытал в этот день то, что сломило бы самых бойких. Но эти поразительные слова прошибли его. Он пошел в гостиную и сел в кресло. Ему казалось, что он видит дурной сон.

     Человек, вошедший в комнату, это подтверждал. Кому-кому, а ему было бы вполне удобно в любом кошмаре.

     Он был высокий, тощий, седой, а борода его, легкая и длинная, отливала каким-то сомнительным цветом. Хотя его должны бы давно убить, он дожил до невероятного возраста -- то ли до ста пятидесяти (и выглядел неплохо), то ли до ста десяти (и выглядел старовато).

     -- Мое дорогое дитя! -- заквакал он очень высоким голосом.

     -- Фредди! -- закричала красавица в кимоно.

     -- А, черт, -- сказал новый пришелец.

     Все молчали, пока лорд Эмсворт не издал какой-то звук.

     -- Ну, что же это! -- воскликнул Фредди. -- И ты здесь!

     Его жена спросила:

     -- Правда, это твой отец?

     -- Конечно, -- ответил он. -- Он самый. Кто ж еще? Он, он и он. Только он говорил, что не пойдет.

     -- Я передумал, -- тихо сказал лорд Эмсворт.

     -- Вот видишь! -- сказала миссис Трипвуд своей недоброй подруге. -- Так я и думала.

     Бедный граф странно застонал. -- Неужели я т а к о й? -- спросил он и закрыл глаза.

     -- Хорошо, -- сказала мисс Йорк, обращаясь к Фредди во всей своей мерзкой властности. -- Хорошо, вот и вы, в роли Санта-Клауса, но что с того? Агги ясно написала, что видеть вас не хочет.

     По всей вероятности, Любовь преобразила мягкого Фредди. Сняв бороду и брови, он твердо взглянул на мисс Йорк.

     -- Я говорю не с вами, -- сказал он. -- Вы змея.

     -- Вон что?

     -- Да. Вы отравили душу бедной Агги. Если бы не вы, я бы все объяснил.

     -- Что ж, объясняйте. Времени было много, могли подготовиться.

     -- Агги, -- сказал Фредди, -- как тебе идет эта штука!

     -- Не юлите, -- сказала мисс Йорк. -- Переходите к делу.

     -- Это дело и есть, -- сказала миссис Трипвуд. -- А зачем тебе тогда морковные актрисы?

     -- Золотисто-рыжие, -- уточнил Фредди.

     -- Морковные.

     -- Да, морковные.

     -- Почему же ты с ней обедаешь?

     -- Да, почему? -- вмешалась мисс Йорк.

     -- Я говорю не с вами, -- напомнил Фредди.

     -- Помолчи, Джейн. Да, Фредди?

     -- Понимаешь, Агги...

     -- Никогда не верь мужчине, который так начинает.

     -- Джейн, ты не можешь помолчать? Фредди, я слушаю.

     -- Я хотел ей продать сценарий, а тебе -- сделать сюрприз.

     -- Ой, как хорошо! Нет, правда?

     -- Вы хотите, чтобы мы поверили... -- снова вмешалась мисс Йорк.

     -- Именно. Сама понимаешь, надо было ее обхаживать.

     -- Конечно!

     -- Приходится.

     -- Еще бы!

     -- Когда их покормишь -- совсем другое дело.

     -- Ну естественно!

     -- Ты веришь в этот бред? -- опомнилась мисс Йорк.

     -- Конечно, -- сказал Фредди. -- Веришь, дорогая?

     -- А то как же, милый!

     -- Мало того, -- продолжал Фредди, вынимая что-то из кармана, словно фокусник, -- я могу все доказать. Вот телеграмма. "Супер-Ультра-Фильм" предлагает тысячу долларов за сценарий. Так что в другой раз, пожалуйста, не судите о других по себе!

     -- Да, -- сказала Агги. -- Я бы очень хотела, чтобы ты не вмешивалась в чужие дела.

     -- Прекрасно сказано, -- заметил Фредди. -- Прибавлю...

     -- Она фальшивая, -- сказала мисс Йорк.

     -- Кто?

     -- Телеграмма.

     -- То есть как? -- вскричал Фредди.

     -- А так. Они послали телеграмму, потому что вы послали телеграмму, чтобы они послали телеграмму.

     -- Не понимаю, -- сказал Фредди.

     -- Зато я понимаю, -- сказала его жена, -- и не хочу больше вас видеть, Джейн Йорк.

     -- Присоединяюсь, -- сказал Фредди. -- Турки таких, как вы, топят в Босфоре. В мешке.

     -- Лучше мне уйти, -- сказала мисс Йорк.

     -- Гораздо лучше, -- сказал Фредди. Лорд Эмсворт, очнувшись, слабо заморгал. Ему было лучше, но в меру. Фредди тем временем рассказывал свой сценарий.

     -- Понимаешь, муж и жена. Он очень бедный, понимаешь... нету денег. Попал под машину, а они не хотят оперировать. Хотят пятьсот долларов. А где их взять? Понимаешь?

     -- Конечно.

     -- Сила, а?

     -- Еще какая!

     -- Ты подожди, что будет! Жена охмурила миллионера, он обещал деньги. Тут звонят доктора, то есть к нему. Она смеется, чтобы он не понял, как она страдает. Забыл тебе сказать, если его не резать, ему конец. Здорово?

     -- Блеск!

     -- То ли еще будет! Они идут в спальню... Эй, эй! Ты что, уходишь?

     Лорд Эмсворт уже поднялся.

     -- Тебе получше?

     -- Да, спасибо...

     -- О, лорд Эмсворт! -- сказала Агги. -- Простите меня!

     Он погладил ее по руке, снова удивляясь, почему такая милая и умная девушка полюбила Фредди.

     -- Не за что, не за что! А вот вы мне скажите, когда Фредерик... э... был с бородой, он напоминал меня?

     -- Очень, очень!

     -- Спасибо, моя дорогая. Приезжайте в Бландинг, как только сможете.

     И он задумчиво вышел.

     -- Есть у вас парикмахерская? -- спросил он внизу.

     -- Да, сэр.

     -- Покажите, пожалуйста, где она, -- сказал граф.


     Лорд Эмсворт сидел в своей библиотеке, допивая последний бокал. В открытое окно вплывали запах цветов и тихие звуки насекомых.

     Казалось бы, все хорошо. Энгус Макалистер сообщил, что зеленая тля побеждена китовым жиром; больная корова шла на поправку и обретала аппетит; бороды не было.

     И все-таки графа что-то томило.

     Он позвонил в звонок.

     -- Милорд?

     Лорд Эмсворт с одобрением взглянул на верного слугу. Бидж много лет служил их дому. Хороший человек... И смотрит как-то так, чему-то радуется...

     -- Бидж, -- сказал граф, -- будьте добры, позвоните в Лондон.

     -- Слушаюсь, милорд.

     -- Отель "Савой", номер шестьдесят семь.

     -- Хорошо, милорд.

     -- Спросите мистера Фредерика, как там кончается.

     -- Кончается, милорд?

     -- Да.

     Время шло. Граф размышлял. Дворецкий вернулся.

     -- Я говорил с мистером Фредериком, милорд.

     -- Да?

     -- Он передает привет и просит сказать, что в спальне был черный ягуар, милорд.

     -- Ягуар?

     -- Ягуар. Привязан к ножке кровати. Он защищал честь жены, милорд.

    

... ... ...
Продолжение "Хлопоты Лорда Эмсворта" Вы можете прочитать здесь

Читать целиком
Все темы
Добавьте мнение в форум 
 
 
Прочитаные 
 Хлопоты Лорда Эмсворта
показать все


Анекдот 
- Что нужно повесить на елке, чтобы следующий год стал годом достатка и процветания? - Президента с премьером не пробовали?
показать все
    Профессиональная разработка и поддержка сайтов Rambler's Top100