Вход    
Логин 
Пароль 
Регистрация  
 
Блоги   
Демотиваторы 
Картинки, приколы 
Книги   
Проза и поэзия 
Старинные 
Приключения 
Фантастика 
История 
Детективы 
Культура 
Научные 
Анекдоты   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Персонажи
Новые русские
Студенты
Компьютерные
Вовочка, про школу
Семейные
Армия, милиция, ГАИ
Остальные
Истории   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Авто
Армия
Врачи и больные
Дети
Женщины
Животные
Национальности
Отношения
Притчи
Работа
Разное
Семья
Студенты
Стихи   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Иронические
Непристойные
Афоризмы   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рефераты   
Безопасность жизнедеятельности 
Биографии 
Биология и химия 
География 
Иностранный язык 
Информатика и программирование 
История 
История техники 
Краткое содержание произведений 
Культура и искусство 
Литература  
Математика 
Медицина и здоровье 
Менеджмент и маркетинг 
Москвоведение 
Музыка 
Наука и техника 
Новейшая история 
Промышленность 
Психология и педагогика 
Реклама 
Религия и мифология 
Сексология 
СМИ 
Физкультура и спорт 
Философия 
Экология 
Экономика 
Юриспруденция 
Языкознание 
Другое 
Новости   
Новости культуры 
 
Рассылка   
e-mail 
Рассылка 'Лучшие анекдоты и афоризмы от IPages'
Главная Поиск Форум

К.Р.(Константин Романов) - Константин - К.Р.(Константин Романов). Стихотворения

Проза и поэзия >> Русская довоенная литература >> К.Р.(Константин Романов)
Хороший Средний Плохой    Скачать в архиве Скачать 
Читать целиком
К.Р.(Константин Романов). Стихотворения

----------------------------------------------------------------------------

К. Р. Избранное.

М., "Советская Россия", 1991

Составитель и автор предисловия Е. И. Осетров

OCR Бычков М.Н. mailto:bmn@lib.ru

----------------------------------------------------------------------------

Из цикла "У берегов"

Задремали волны,

Ясен неба свод;

Светит месяц полный

Над лазурью вод.

Серебрится море,

Трепетно горит...

Так и радость горе

Ярко озарит.

Орианда

Май 1879

ЗАТИШЬЕ
Голубые покоились волны,

Голубой свод небесный дремал...

В мертвом сне цепенея, безмолвный

Час томительный полдня настал.

Застывала, палима лучами,

Раскаленная почва земли,

Трепетала лишь чайка крылами

И вилась, и кружилась вдали...

Притупилися все ощущенья,

Все застыли волненья в груди,

И душа, забывая стремленья,

Ничего не ждала впереди.

Лишь испуганно, где-то глубоко

В задремавшем уме притаясь,

О минувшем мечта одиноко

Трепетала, кружилась, вилась...

Афины

23 декабря 1882

x x x

     С. А. Философовой


     Вы помните ль? Однажды, в дни былые,

     К пруду мы с вами в полдень забрели,

     В воде играли рыбки золотые

     И белые кувшинчики цвели.

     Мы на скамью уселись с вами рядом,

     Рассеянно следя усталым взглядом

     Игривый пестрых бабочек полет...

     Над нами зеленел тенистый свод

     И, липовым нас цветом осыпая,

     Затейливою сетью рисовал

     Узоры по песку; благоухая,

     Куст алых роз вблизи нас расцветал...

     И так тепло, и солнечно так было!

     Без слов мы наслаждались тишиной, -

     Но сердце все ж сжималося и ныло,

     Как бы перед грозящею бедой.

     И предвкушая будущие муки,

     Душа, робея, торопилась жить,

     Чтоб близость неминуемой разлуки,

     Хоть на одно мгновенье, отдалить.


     Афины

     30 марта 1883
x x x


     Умолкли рыдания бури кипучей,

     Клокочущей бездны волна улеглась;

     Опять выплывает луна из-за тучи,

     Над гладью морской тишина разлилась.


     В борьбе непрестанной с мятежною страстью

     Опять побежден ненасытный недуг,

     И с новою силой, и с новою властью

     Воспрянет опять торжествующий дух!


     Красное Село

     2 июля 1883
x x x


     Затишье н_а_ море... За бурею строптивой

     Настала мертвая, немая тишина:

     Уж выбившись из сил, как вяло, так лениво,

     Едва колышется усталая волна.


     Затишье н_а_ сердце... Застыли звуки песен,

     Тускнея, меркнет мысль, безмолвствуют уста,

     Круг впечатлений, чувств так узок и так тесен, -

     В душе холодная такая пустота.


     Но налетит гроза и дрогнут неба своды,

     Заблещут молнии, и разразится гром,

     И грозный ураган на дремлющие воды

     Дохнет властительным, победным торжеством.


     Так минет наконец пора дремоты косной,

     Унылая душа воспрянет ото сна,

     И снова грянет песнь моя победоносно, -

     И потечет стихов созвучная волна!


     Венеция

     16 апреля 1885
x x x


     Озеро светлое, озеро чистое,

     Гладь, тишина и покой!

     Солнце горячее, солнце лучистое

     Над голубою волной!

     О, если б сердце тревожное, бурное

     Так же могло быть светло,

     Как это озеро в утро лазурное,

     Только что солнце взошло!


     Фридрихсгафен

     27 сентября 1887
У ОЗЕРА


     М. Д. Давыдову


     Усталый сын земли, в дни суетных забот,

     Средь мелочных обид и светского волненья,

     У озера в лесу ищу уединенья.

     Не налюбуешься прозрачной гладью вод:

     В ней словно тайная есть сила притяженья.

     Не оттого ль меня так к озеру влечет,

     Что отражается в струях его порою

     Вся глубина небес нетленною красою -

     И звезд полуночных лучистый хоровод,

     И утро ясное румяною зарею,

     И светлых облаков воздушная семья?

     Не оттого ль, что здесь, хоть и пленен землею,

     К далеким небесам как будто ближе я?


     Близ станции Белой

     5 октября 1889
НА ИМАТРЕ
I


     Ревет и клокочет стремнина седая

     И хлещет о звонкий гранит,

     И влагу мятежную, в бездны свергая,

     Алмазною пылью дробит.


     На берег скалистый влечет меня снова.

     И любо, и страшно зараз:

     Душа замирает, не вымолвить слова,

     Не свесть очарованных глаз.


     И блеск, и шипенье, и брызги, и грохот,

     Иная краса каждый миг,

     И бешеный вопль, и неистовый хохот

     В победный сливаются клик.


     Весь ужаса полный, внимая, гляжу я, -

     И манит, и тянет к себе

     Пучина, где воды, свирепо бушуя,

     Кипят в вековечной борьбе.


     10 мая 1890
II


     Над пенистой, бурной пучиной

     Стою на крутом берегу,

     Мятежной любуюсь стремниной

     И глаз оторвать не могу.


     Нависшими стиснут скалами,

     Клокочет поток и бурлит;

     Сшибаются волны с волнами,

     Дробясь о недвижный гранит.


     И рвутся, и мечутся воды

     Из камня гнетущих оков,

     И молит немолчно свободы

     Их вечный неистовый рев.


     О, если б занять этой силы,

     И твердости здесь почерпнуть,

     Чтоб смело свершать до могилы

     Неведомый жизненный путь;


     Чтоб с совестью чистой и ясной,

     С открытым и светлым челом

     Пробиться до цели прекрасной

     В бореньи с неправдой и злом.


     Иматра

     5 августа 1907
У БАЛТИЙСКОГО МОРЯ
I


     И. А. Зеленому


     Здесь не видно цветов, темный лес поредел,

     Словно чарам земли здесь положен предел.

     Над пустынной, песчаною гранью

     Отдаешься здесь волн обаянью.


     Глубь небесная, моря безбрежная даль,

     Разве может ничтожная сердца печаль

     Обладать просветленной душою

     Пред могучею ширью такою?


     Сладко взором тонуть в глубине голубой,

     Вольно дышится, мир забываешь земной,

     Исчезает мгновенное горе,

     Как та чайка в лазурном просторе.


     Усть-Нарова

     25 августа 1890
II


     Барону К. Н. Корфу


     Не вчера ли, о, море, вечерней порой

     К берегам ты ласкалось лукавой волной?

     В алом блеске зари не вчера ли

     Небеса голубые сияли?


     А сегодня косматой грядою валы,

     В грозном беге крутясь у прибрежной скалы,

     Бурно рвутся на приступ могучий,

     Обгоняя свинцовые тучи.


     В битве жизни не так ли и ты, человек,

     Терпишь зол и гонений мятежный набег?

     Но не вечны страданья и беды:

     Ты дождешься над ними победы.


     Верь, улягутся волны и завтра опять

     Будут берег любовно и нежно ласкать,

     Просветлеют небесные дали,

     И рассеются сердца печали.


     Вайвара

     28 августа 1890
III


     Ты безмолвно, затихшее море,

     Ты безбрежен, привольный простор.

     Как от шумного, тесного света

     Здесь и слух отдыхает, и взор!


     Но надолго ли это затишье,

     И всегда ли ясна эта даль?

     Как и в сердце, живут, чередуясь,

     В мире радость и злая печаль.


     Миг - и море взревет, даль померкнет,

     Волны яростно ринутся в бой,

     И под черною тучей белея

     Крылья чайки заспорят с грозой.


     Ты не та же ли чайка, о, сердце?

     Долго ль тишью пленяться тебе?

     Грянет гром, разбушуется буря -

     Будь готово к отважной борьбе.


     Стрельна

     19 июня 1902
ЭЛЕГИИ
I


     Орианда


     Я посетил родное пепелище -

     Разрушенный родительский очаг,

     Моей минувшей юности жилище,

     Где каждый мне напоминает шаг

     О днях, когда душой светлей и чище,

     Вкусив впервые высшее из благ,

     Поэзии святого вдохновенья

     Я пережил блаженные мгновенья.


     Тогда еще был цел наш милый дом.

     Широко сад разросся благовонный

     Средь диких скал на берегу морском;

     Под портиком фонтан неугомонный

     Во мраморный струился водоем,

     Прохладой в зной лаская полуденный,

     И виноград, виясь между колонн,

     Как занавескою скрывал балкон.


     А ныне я брожу среди развалин:

     Обрушился балкон; фонтан разбит;

     Обломками пол каменный завален;

     Цветы пробились между звонких плит;

     Глицинией, беспомощно печален,

     Зарос колонн развечанных гранит;

     И мирт, и лавр, и кипарис угрюмый

     Вечнозеленою объяты думой.


     Побеги роз мне преградили путь...

     Нахлынули гурьбой воспоминанья

     И тихой грустью взволновали грудь.

     Но этот край так полн очарованья,

     И суждено природе здесь вдохнуть

     Так много прелести в свои созданья,

     Что перед этой дивною красой

     Смирился я плененною душой.


     Орианда - Вильдунген

     10 августа 1908
II


     Осташево


     Люблю тебя, приют уединенный!

     Старинный дом над тихою рекой

     И бело-розовый, в ней отраженный

     Напротив сельский храм над крутизной.

     Сад незатейливый, но благовонный,

     Над цветом липы пчел гудящий рой;

     И перед домом луг с двумя прудами,

     И островки с густыми тополями.


     Люблю забраться в лес, поглубже в тень;

     Там, после солнцем залитого сада,

     Засушным летом, в яркий знойный день

     И тишина, и сумрак, и прохлада...

     Люблю присесть на мхом обросший пень:

     Среди зеленой тьмы что за отрада,

     Когда в глаза сверкнет из-за дерев

     Река, зеркальной гладью заблестев!


     Под ельника мохнатыми ветвями

     Таинственный, суровый полумрак.

     Ковер опавшей хвои под ногами;

     Она мягка и заглушает шаг.

     А дальше манит белыми стволами

     К себе веселый, светлый березняк

     С кудрявою, сквозистую листвою

     И сочною, росистою травою.


     Схожу в овраг. Оттуда вверх ведет

     Ступенями тропа на холм лесистый;

     Над нею старых елей мрачный свод

     Навис, непроницаемый, ветвистый,

     И потайной пробился в чаще ход.

     Там аромат обдаст меня смолистый.

     В густой тени алеет мухомор

     И белый гриб украдкой дразнит взор.


     Другой овраг. Вот мост желтеет новый.

     С него взберусь опять на холм другой,

     И прихожу, минуя бор сосновый,

     К ответному обрыву над рекой.

     Мне видны здесь: отлив ее свинцовый,

     Далекий бег и заворот крутой,

     Простор, и гладь, и ширь, и зелень луга

     Прибрежнего напротив полукруга.


     А вдалеке на берегу наш дом

     С колоннами, классическим фронтоном,

     Широкой лестницей перед крыльцом,

     Двумя рядами окон и балконом.

     - Смеркается. Малиновым огнем

     Река горит под алым небосклоном.

     Уж огонек между колонн в окне

     Из комнаты моей сияет мне.


     Домой, где ждет пленительный, любимый

     За письменным столом вседневный труд!

     Домой, где мир царит невозмутимый,

     Где тишина, и отдых, и уют!

     Лишь маятник стучит неутомимый,

     Твердя, что слишком скоро дни бегут...

     О, как душа полна благодаренья

     Судьбе за благодать уединенья!


     Осташево

     20 августа 1910
III


     В Крым


     Княгине З. Н. Юсуповой


     Навстречу птицам перелетным

     На дальний юг стремились мы

     Из царства северной зимы

     К весны пределам беззаботным.


     Небес полдневных глубины

     Чем дальше, тем ясней синели;

     Алмазней звезды пламенели

     Среди полночной тишины.


     И все обильнее цветами,

     Благоуханьем и теплом

     Весна дарила с каждым днем,

     Лаская нежными лучами.


     Пустынных гор последний кряж

     Нас отделял еще от цели;

     Вдали ворота зачернели,

     Все ближе, ближе... О, когда ж!


     Мы трепетно переступали

     Порог скалистый... Наконец!..

     В нас сердце замерло... Творец!

     Не сон ли это, не мечта ли?


     У наших ног обрыв крутой,

     А впереди - неизмеримый,

     Безб_е_режный, необозримый,

     Лазоревый простор морской.


     Неописуемое море,

     Лицом к лицу перед тобой,

     Пред этой дивной красотой

     Не всякое ль забудешь горе!


     Кореиз

     27 апреля 1911
IV


     Из Крыма


     Баронессе Н. Ф. Майендорф


     Необъятное южное море,

     Млея в золоте жарких лучей,

     Ты надолго сокроешься вскоре

     Из плененных тобою очей.


     К морю севера путь мой, к печальным

     Побережьям туманов и бурь;

     И объемлю я взором прощальным

     Беспредельную даль и лазурь.


     За скалистой исчезла горою

     Бирюзовая гладь... О, прощай,

     Зачарованный вешней порою

     Благодатный полуденный край!


     Не видать уж лиловых глициний,

     Кипарисов, повитых плющом,

     По горам стройных кедров и пиний,

     И фиалок над звонким ключом.


     Но мой север, мой край полуночный

     Мне сулит вместо лавров и роз

     Милых ландышей цвет непорочный

     И душистую свежесть берез.


     И спешу я от знойной и темной

     Красоты пышнозвездных ночей

     В край родной, где заря в неге томной

     Во всю ночь не смыкает очей.


     Павловск

     21 мая 1911


     Из цикла "Библейские песни"
ПСАЛМОПЕВЕЦ ДАВИД


     О, царь, скорбит душа твоя,

     Томится и тоскует!

     Я буду петь: пусть песнь моя

     Твою печаль врачует.


     Пусть звуков арфы золотой

     Святое песнопенье

     Утешит дух унылый твой

     И облегчит мученье.


     Их человек создать не мог,

     Не от себя пою я:

     Те песни мне внушает Бог,

     Не петь их не могу я!


     О, царь, ни звучный лязг мечей,

     Ни юных дев лобзанья

     Не заглушат тоски твоей

     И жгучего страданья!


     Но лишь души твоей больной

     Святая песнь коснется, -

     Мгновенно скорбь от песни той

     Слезами изольется.


     И вспрянет дух унылый твой,

     О, царь, и торжествуя,

     У ног твоих, властитель мой,

     Пусть за тебя умру я!


     Татой (близ Афин)

     Сентябрь 1881
ЦАРЬ САУЛ


     Душа изнывает моя и тоскует, -

     О, пой же мне, отрок мой, песню твою:

     Пусть звуки ее мою скорбь уврачуют, -

     Я так твои песни святые люблю!


     Гнетут меня злобного духа объятья,

     Опять овладело уныние мной,

     И страшные вновь изрыгают проклятья

     Уста мои вместо молитвы святой.


     Томлюся я, гневом пылая, и стражду;

     Недугом палимая мучится плоть,

     И злоба в душе моей... Крови я жажду,

     И тщетны усилия зло побороть.


     Не раз, жалом немощи той уязвленный,

     Тебя мог убить я в безумном бреду.

     О, пой же! Быть может, тобой исцеленный,

     Рыдая, к тебе я на грудь упаду!..


     Петербург

     15 мая 1884
ЛЕГЕНДА ПРО МЕРТВОЕ МОРЕ


     В знойной степи, у истока священной реки Иордана,

     В каменных сжато объятиях скал, раскаленных полуднем.

     Чудно синея, безмолвно покоится Мертвое море.

     Мрачной пустыни бесплодная почва безжизненна, скудна.

     Издали волн заколдованных гладь голубую завидев,

     В ужасе зверь убегает; пугливо небесные птицы

     С жалобным криком спешат улететь от проклятого места;

     Змеи одни обитают в глубоких расщелинах камней;

     Лишь бедуин одинокий, копьем тростниковым махая,

     Быстрым конем уносимый, промчится песчаным прибрежьем.

     Тайны зловещей печать тяготит над страною забвенья.

     Древнее ходит сказанье про это пустынное море:

     Лишь только звезды златые зажгутся в безоблачном небе,

     Тьмою огней отражаясь в заснувших лазоревых волнах,

     Лишь в вышину голубую серебряный выплывет месяц, -

     Вдруг просветляется влажное лоно прозрачной пучины;

     Сноп белоснежных лучей всю глубокую бездну морскую

     С глади незыблемой вод и до самого дна проницает.

     Там, в глубине, озаренные блеском полночного неба,

     Груды развалин толпятся в безжизненном древнем величье;

     Словно как трупы недвижные, в мертвенном сне цепенея,

     Эти обломки морское песочное дно покрывают...

     - Это Содом и Гоморра... Господь их порочное племя

     В оные дни покарал за великие, тяжкие вины.

     Долготерпенья превечного Бога исполнилась мера:

     Огненный дождь ниспослал Он на царство греха и разврата:

     Недра земные разверзлись и те города поглотили;

     Бездну провала залили морские соленые воды...

     Там, где был край многолюдный, подобно великой могиле,

     Ныне, синея, безмолвно покоится Мертвое море.


     Палермо

     15 февраля 1882
СФИНКС


     В знойной пустыне веками покоится сфинкс полногрудый,

     Гордо главу приподняв и очей неподвижные взоры

     В даль устремив беспредельную... Только песчаные груды

     Всюду вокруг разостлалися в необозримом просторе...

     - Кем ты воздвигнут, незыблемый страж раскаленной пустыни?

     Кто твои мощные члены изваял рукой безыскусной?

     Что за значение придал твоей он недвижной твердыне?

     И отчего улыбаешься ты так загадочно-грустно?

     Древнее ходит сказанье о том, как в Египет бежала

     Божия Матерь с Младенцем Божественным из Палестины.

     Был утомителен путь. С голубой вышины обливало

     Знойное солнце лучами поверхность песчаной равнины.

     Между гранитными лапами сфинкса Она приютилась;

     Идол, своими объятьями тень расстилая над Нею,

     Зной умерял нестерпимый. И вот незаметно спустилась

     Тихая звездная ночь, безмятежно, спокойно синея.

     Сладостным сном позабылася Мать у подножья кумира,

     И на руках у Нея Искупитель покоился мира...

     Сфинкс ощутил неземного Создания прикосновенье,

     И улыбнулся он, тайну пытаясь постичь искупленья...

     Не оттого ли, поведай, пустыни жилец одинокий,

     Не оттого ли еще до сих пор отпечаток глубокий

     Той неразгаданной тайны твои сохраняют черты,

     И через много веков еще все улыбаешься ты?


     Афины

     9 января 1883
ИЗ АПОКАЛИПСИСА
I


     И. А. Зеленому


     ...Се стою при дверехъ и толку:

     аще кто оуслышить гласъ мой, и

     сотверзетъ двери, внйду къ нему,

     и вечераю съ нимъ, и той мною.

     III 20


     Стучася, у двери твоей Я стою:

     Впусти Меня в келью свою!

     Я немощен, наг, утомлен и убог,

     И труден Мой путь и далек.

     Скитаюсь Я по миру беден и нищ,

     Стучуся у многих жилищ:

     Кто глас Мой услышит, кто дверь отопрет,

     К себе кто Меня призовет, -

     К тому Я войду и того возлюблю,

     И вечерю с ним разделю.

     Ты слаб, изнемог ты в труде и борьбе, -

     Я силы прибавлю тебе;

     Ты плачешь, - последние слезы с очей

     Сотру Я рукою Моей.

     И буду в печали тебя утешать,

     И сяду с тобой вечерять...

     Стучася, у двери твоей Я стою,

     Впусти Меня в келью свою!


     Усть-Нарова

     Август 1883
II


     Я новое небо и новую землю увидел...

     Пространство далекое прежних небес миновало,

     И прежней земли преходящей и тленной не стало,

     И моря уж нет... Новый город священный я видел,

     От Бога сходящий в великом, безбрежном просторе,

     Подобный невесте младой в подвенечном уборе,

     Невесте прекрасной, готовой супруга принять.

     "Се скиния Бога с людьми. Обитать

     "Здесь с ними Он будет". - Я слышал слова громовые:

     "Сам Бог будет Богом в народе Своем,

     "И всякую с глаз их слезу Он отрет. И земные

     "Печали исчезнут. В том граде святом

     "Не будет ни плача, ни вопля, ни горьких стенаний,

     "Не будет болезни, ни скорби, ни тяжких страданий,

     "И смерти не будет. Таков Мой обет;

     "Прошло все, что было, и прежнего нет".


     Петербург

     6 марта 1884
ПРИТЧА О ДЕСЯТИ ДЕВАХ


     Се женихъ градеть въ полунощи,

     и блаженъ рабъ, егоже обращеть

     бдаша: не достоишь же паки, егоже

     обращеть оунывающа.

     Тропарь


     Они засветили лампады свои;

     На встречу они Жениху поднялися толпою

     На радостный праздник любви.

     Их пять было мудрых и пять неразумных.

     Уж тьмою

     Бесчисленных звезд небеса заблистали, -

     Но медлил Жених. Долго девы прождали;

     Уж сон безмятежный спустился на них,

     И дремой смежились усталые очи.

     Внезапно в немой тишине полуночи

     Послышался клик: "Се Жених

     "Грядет! Исходите на встречу!" И девы восстали,

     Спеша полуночный исполнить обряд.

     Елеем пять мудрых лампады свои напитали,

     И так неразумные им говорят:

     "Мы н_е_ взяли, сестры, елея с собою,

     "Светильников пламень угас,

     "И ныне мы к вам приступаем с мольбою,

     "Елея мы просим у вас".

     Им мудрые молвят в ответ: "Хоть помочь мы и рады,

     "Но только ни вам недостанет, ни нам на лампады;

     "Купить у торгующих вы бы могли".

     И вот к продающим спешат неразумные девы...

     Тогда раздалися веселья напевы:

     Жених приближался. С Ним вместе вошли

     Пять мудрых на свадебный пир со своими

     Лампадами. И затворилися двери за ними.

     И прочие девы к закрытым дверям

     Вернулись. Стеная и плача, они восклицали:

     "Отверзи, о, Господи, Господи, нам!"

     И слышат в ответ в неутешной печали

     Они Жениха укоризненный глас:

     "Аминь, говорю вам, не ведаю вас!"


     Красное Село

     11 июля 1884


     Из цикла

     "Послания и стихотворения на разные случаи"
НА ПОРОГЕ ЖИЗНИ
I


     Великому Князю Георгию Михайловичу


     Дверь распахнулась... Облитый лучами

     Зеленый сад благоухал;

     Широкий путь, усеянный цветами,

     В даль голубую убегал.


     Из тесноты докучливой и душной

     Ты в жизнь привольную вступил,

    

... ... ...
Продолжение "К.Р.(Константин Романов). Стихотворения" Вы можете прочитать здесь

Читать целиком
Все темы
Добавьте мнение в форум 
 
 
Прочитаные 
 К.Р.(Константин Романов). Стихотворения
показать все


Анекдот 
- Да, дорогая, я провинился, но ты же знаешь, где нужно поставить запятую в "Казнить нельзя помиловать"?!
- Не знаю! Зато я знаю, куда сегодня нужно поставить запятую во фразе "Спать нельзя давать"!!!
показать все
    Профессиональная разработка и поддержка сайтов Rambler's Top100