Вход    
Логин 
Пароль 
Регистрация  
 
Блоги   
Демотиваторы 
Картинки, приколы 
Книги   
Проза и поэзия 
Старинные 
Приключения 
Фантастика 
История 
Детективы 
Культура 
Научные 
Анекдоты   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Персонажи
Новые русские
Студенты
Компьютерные
Вовочка, про школу
Семейные
Армия, милиция, ГАИ
Остальные
Истории   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Авто
Армия
Врачи и больные
Дети
Женщины
Животные
Национальности
Отношения
Притчи
Работа
Разное
Семья
Студенты
Стихи   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Иронические
Непристойные
Афоризмы   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рефераты   
Безопасность жизнедеятельности 
Биографии 
Биология и химия 
География 
Иностранный язык 
Информатика и программирование 
История 
История техники 
Краткое содержание произведений 
Культура и искусство 
Литература  
Математика 
Медицина и здоровье 
Менеджмент и маркетинг 
Москвоведение 
Музыка 
Наука и техника 
Новейшая история 
Промышленность 
Психология и педагогика 
Реклама 
Религия и мифология 
Сексология 
СМИ 
Физкультура и спорт 
Философия 
Экология 
Экономика 
Юриспруденция 
Языкознание 
Другое 
Новости   
Новости культуры 
 
Рассылка   
e-mail 
Рассылка 'Лучшие анекдоты и афоризмы от IPages'
Главная Поиск Форум

Зощенко, Михаил - Зощенко - Монастырь

Проза и поэзия >> Русская довоенная литература >> Зощенко, Михаил
Хороший Средний Плохой    Скачать в архиве Скачать 
Читать целиком
Михаил Зощенко. Монастырь

----------------------------------------------------------------------------

"Наука и жизнь", э 2, 1970

OCR Бычков М.Н.

----------------------------------------------------------------------------



     В святых я, братцы мои, давненько не верю. Еще до революции. А что до бога, то в бога перестал я верить с монастыря. Как побывал в монастыре, так и закаялся.

     Конечно, все это верно, что говорят про монастыри, - такие же монахи люди, как и мы прочие: и женки у них имеются, и выпить они не дураки, и повеселиться, - но только не в этом сила. Это давно известно.

     А вот случилась в монастыре одна история. После этой истории не могу я спокойно смотреть на верующих людей. Пустяки - ихняя вера!

     А случилось это, братцы мои, в Новодеевском монастыре.

     Был монастырь богатый. И богатство свое набрал с посетителей. Посетители жертвовали. Бывало, осенью, как поднапрут всякие верующие, как начнут лепты вносить - чертям тошно. Один вносит за спасение своей души, другой - за спасение плавающих и утопающих, третий так себе вносит - с жиру бесится.

     Многие вносили - принимай только. И принимали. Будьте покойны.

     Ну, а конечно, который внесет, - норовит уж за свои денежки пожить при монастыре и почетом попользоваться. Да норовит не просто пожить, а охота ему, видите ли, к святой жизни прикоснуться. Требует и келью отдельную, и служку, и молебны.

     Ублаготворяли их. Иначе нельзя.

     А только осенью келий этих никак не сватало всем желающим. Уж простых монахов вытесняли на время по сараям, и то было тесно.

     А сначала было удивительно: с чего бы это народ сюда прет? Что за невидаль? Потом выяснилось: была тут и природа богатая, климат, и, кроме того, имелась приманка для верующих.

     Жили в монастыре два монаха-молчальника, один столпник и еще один чудачок. Чудачок этот мух глотал. И не то, чтобы живых мух, а настойку из мух пил натощак. Так сказать, унижал себя и подавлял свою плоть.

     Бывало, с утра пораньше народ соберется вокруг его сарайчика и ждет. А он, монах то есть, выйдет к народу, помолится, поклонится в пояс и велит выносить чашку. Вынесут ему чашку с настойкой, а он снова поклонится народу и начинает пить эту гнусь.

     Ну, народ, конечно, плюется, давится, которые слабые дамы блюют и с ног падают, а он, сукин кот, вылакает гнусь до дна, не поморщится, повернет чашку, дескать, пустая, поклонится и - к себе. Только его и видели до другого дня.

     Один раз пытались верующие словить его, дескать, не настоящая это настойка из мух. Но оказалось верно - честь-честью. Монах сам показал, удостоверил и сказал народу:

     - Что я, бога, что ли, буду обманывать?..

     После этого слава пошла о нем большая.

     А что до других монахов-были они не так интересны. Ну, хотя бы молчальники. Ну, молчат и молчат. Эка невидаль! Столпник - тоже пустяки. Стоит на камне и думает, что святой. Пустяки!

     Был еще один такой - с гирькой на ноге ходил. Этот нравился народу. Одобряли его. Смешил он верующих. Но только долго он не проходил - запил, гирьку продал и ушел восвояси.

     А все это, конечно, привлекало народ. Любопытно было. Оттого и шли сюда. А шли важные люди. Были тут и фоны, и бароны, и прочая публика. Но из всех самый почетный и богатый гость был - московский купчик Владимир Иванович.

     Много денег он всадил в монастырь. Каялся человек. Грехи замаливал.

     - Я, - говорил он про себя, - всю жизнь грешил, ну, а теперь пятый год очищаюсь.

     А старенький это был человек. Бороденка была у него совсем белая. И на первый взгляд он был похож на святого Кирилла или Мефодия. Чего такому-то не каяться?

     А приезжал он в монастырь часто.

     Бывало, приедет, остановит коляску версты за три и прет пешком.

     Придет вспотевший, поклонится братии, заплачет. А его под ручки. Пот с него сотрут, и водят вокруг, и шепчут на ухо всякие пустяки.

     Ну, отогреется, проживет недельку, отдарится и снова в город. А там опять в монастырь. И опять кается.

     А каялся он прямо на народе. Как услышит монастырский хор - заплачет, забьется: "Ах, я такой! Ах, я этакий!"

     Очень на него хор действовал. Жалел только старик, что не дамский это монастырь.

     - Жаль, - говорил, - что не дамский, а то я очень обожаю самое тонкое пение сопран.

     Так вот, был Владимир Иванович самый почетный гость. А от этого все и случилось.

     Продавалось рядом с монастырем имение. Имение дворянское. "Дубки". Имение удобное - земли рядом. Вот игумен и разгорелся на него. Монахи тоже.

     Стал игумен вместе с экономом мозгами раскидывать: как бы им подобрать к своим рукам? Да никак. Хоть и денег тьма, да купить нельзя. По закону не показано. По закону мог монастырь землю получить только в дар.

     Вот игумен и придумал механику. Придумал он устроить это дело через Владимир Иваныча. Посетитель почтенный, седой, - купит и подарит после. Только и делов.

     Ну, так и сделали.

     А купчик долго отнекивался.

     - Нет, - говорил, - куда мне! От мирских дел я давно отошел, мозги у меня не на то самое направлены, а на очищение и на раскаяние, - не могу, простите!

     Но уломали. Мраморную доску обещали приклепать на стене с заглавием купчика. Согласился купчик.

     И вот дали ему семьдесят тысяч рублей золотом, отслужили молебствие с водосвятием и отправили покупать.

     Покупал он долго. Неделю. И приехал назад в монастырь вспотевший и вроде не в себе. Приехал утром. С экипажа не Слез, к игумену не пошел, а велел только выносить свои вещи из кельи.

     Ну, а монахи, конечно, сбежались - увидели. И игумен вышел.

     - Здравствуйте, - говорит. - Сходите!

     - Здравствуйте, - говорит. - Не могу.

     - Отчего же, - спрашивает, - не можете? Не больны ли? Как, дескать, Ваше самочувствие и все такое?

     - Ничего, - говорит Владимир Иванович, - спасибо! Я, говорит, приехал попрощаться да вещички кой-какие забытые взять. А сойти с экипажа не могу, - ужасно тороплюсь и вообще.

     - А Вы, - говорит игумен, - через не могу. Какого черта! Нужно нам про дело говорить. Купили?

     - Купил, - отвечает купчик, - обязательно купил. Такое богатое имение не купить грешно, отец настоятель!

     - Ну, и что же? - спрашивает игумен. - Оформить надо... Дар-то...

     - Да нет, - отвечает купчик. - Я, говорит, раздумал. Я, говорит, не подарю вам это имение. Разве мыслимо разбрасываться таким добром? Что вы?

     Чего тут и было после этих слов, - невозможно рассказать. Игумен, конечно, ошалел, нос у него сразу заложило - ни чихнуть, ни сморкнуться не может. А эконом - мужчина грузный - освирепел, нагнулся к земле и за неимением под рукой камня схватил гвоздь этакий длинный, барочный и бросился на Владимир Ивановича. Но не заколол - удержали.

     Владимир Иванович побледнел, откинулся в экипаже.

     - Пущай, - говорит, - пропадают оставленные вещи.

     И велел погонять.

     И уехал. Только его и видели.

     Говорили после, будто он примкнул к другому монастырю, в другой монастырь начал жертвовать, но насколько верно - никто не знает.

     А история эта даром не прошла. Которые верующие монахи стали расходиться из монастыря. Первый ушел молчальник,

     - Ну, - говорит, - вас к чертям собачьим.

     Плюнул и пошел, хотя его и удерживали. А засим ушел я. Меня не удерживали.


    

... ... ...
Продолжение "Монастырь" Вы можете прочитать здесь

Читать целиком
Все темы
Добавьте мнение в форум 
 
 
Прочитаные 
 Монастырь
показать все


Анекдот 
Есть такая категория российских ученых, которым очень хочется получить мировую известность (и побыстрее!), хотя данных для этого у них не очень много, а заслуг научных - и того меньше. Такие деятели обычно уповают на то, что вот если бы их великие научные труды перевести на иноземную мову, то тогда бы они сразу получили минимум Нобелевскую. Редко, но такие переводы все же выходят в свет. Недавно я ознакомился с одним таким трудом на английской мове, изданным в Москве неким профессором П. под названием "Тextbook of Hygiene and Ecology" ("Учебник гигиены и экологии"). Принес мне его мой студент - кениец и попросил ознакомиться, что сопровождалось задорным кенийскиим смехом. Я не очень понял причины смеха, и отложил знакомство с этим эпохальным трудом до вечера, типа "почитаю перед сном". Вопреки ожиданию, быстро заснуть с этой книжкой не удалось. Мы с женой, можно сказать, зачитывались гигиеническими перлами на английском языке. Не знаю, кто был переводчиком данного труда, но скорее всего, это был либо ученик пятого класса средней школы, либо очень не любящий профессора студент. На каждой странице было 20-30 кошмарных ошибок, часть из которых не просто глупые, но при этом и смешные. Ну, например, ультрафиолет предназначается, оказывается, не для закаливания детей, а для их "отверждения". Мужчины и женщины в англ. яз. обозначаются, оказывается, как "mens" и "womens" (обычно уже пятиклассники пишут эти слова правильно). На обложке, рядом с красочным портретом седовласого мужа, написавшего сей опус, на английском языке красуется следующий текст - "Профессор П. (две ошибки в имени и одна в отчестве) - член международной академии ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ ЖИЗНЕННОЙ АКТИВНОСТИ" (International Academy of Prevention of Life Activity). Все это издано под эгидой одного из московских медвузов... Товарищи ученые! ТщательнЕе надо с переводами на незнакомую Вам мову!
показать все

Форум последнее 
 Андеграунд, или Герой нашего времени
 НАУЧНАЯ ФАНТАСТИКА ЛЬВА АСКЕРОВА
 Всё решает состояние Алексей Борычев
 Монастырь-академия йоги
показать все
    Профессиональная разработка и поддержка сайтов Rambler's Top100