Вход    
Логин 
Пароль 
Регистрация  
 
Блоги   
Демотиваторы 
Картинки, приколы 
Книги   
Проза и поэзия 
Старинные 
Приключения 
Фантастика 
История 
Детективы 
Культура 
Научные 
Анекдоты   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Персонажи
Новые русские
Студенты
Компьютерные
Вовочка, про школу
Семейные
Армия, милиция, ГАИ
Остальные
Истории   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Авто
Армия
Врачи и больные
Дети
Женщины
Животные
Национальности
Отношения
Притчи
Работа
Разное
Семья
Студенты
Стихи   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Иронические
Непристойные
Афоризмы   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рефераты   
Безопасность жизнедеятельности 
Биографии 
Биология и химия 
География 
Иностранный язык 
Информатика и программирование 
История 
История техники 
Краткое содержание произведений 
Культура и искусство 
Литература  
Математика 
Медицина и здоровье 
Менеджмент и маркетинг 
Москвоведение 
Музыка 
Наука и техника 
Новейшая история 
Промышленность 
Психология и педагогика 
Реклама 
Религия и мифология 
Сексология 
СМИ 
Физкультура и спорт 
Философия 
Экология 
Экономика 
Юриспруденция 
Языкознание 
Другое 
Новости   
Новости культуры 
 
Рассылка   
e-mail 
Рассылка 'Лучшие анекдоты и афоризмы от IPages'
Главная Поиск Форум

Дипломированный чародей, или Приключения Гарольда Ши - - 1. Ревущая труба

Фантастика >> Зарубежная фантастика >> Прэтт, Флетчер >> Дипломированный чародей, или Приключения Гарольда Ши
Хороший Средний Плохой    Скачать в архиве Скачать 
Читать целиком
Лион Спрэг де Камп, Флетчер Прэтт. Ревущая труба

---------------------------------------------------------------

"Дипломированный чародей, или Приключения Гарольда Ши"

Книга первая. "Ревущая труба".

Изд: "Северо-Запад"

---------------------------------------------------------------



     Пишу я о том, чего ни сам я не видел, ни от других не слушал, о том, чего нет, да и быть никогда не могло, и, следовательно, у читателей моих нет никаких оснований написанному верить.

     (Луциан из Самосаты).
Глава 1.


     В комнате их было четверо -- трое мужчин и женщина. Лица мужчин ничем особенным не отличались, да и одежда -- правда, только у двоих -- тоже ничем особенным не отличалась. Третий же был облачен в бриджи для верховой езды, громоздкие бутсы и замшевый пиджак в шотландскую клеточку. Невероятной лохматости полупальто из тех, в коих принято играть в поло, и щегольская рыжая шляпа с зеленым пером, брошенные рядом на кресло, тоже принадлежали ему.

     Обладатель сего балаганного наряда не относился ни к киноактерам, ни к так называемой "золотой молодежи". Был он психоаналитиком, и звали его Гарольд Ши. Темноволосый, чуть повыше и похудощавей, чем принято по средним меркам, он вполне мог показаться даже красивым, будь нос у него чуток покороче, а глаза поставлены малость пошире.

     Женщина -- точнее, девушка -- рыжеватая блондинка, служила в Гарейденской клинике старшей медсестрой и прозывалась (хоть это и не доставляло ей особой радости) Гертрудой Маглер.

     Двое других мужчин, как и Ши, тоже были психологами, коллегами по одной научной группе. Тот, что здорово постарше, с густой взлохмаченной шевелюрой -- руководитель группы по имени Рид Чалмерс, как раз пытался выяснить у Ши, какого дьявола тот вырядился таким попугаем на работу. Ши изо всех сил защищался:

     -- Захотелось после окончания трудового дня покататься верхом. Честное слово.

     -- Ты на лошади-то хоть когда-нибудь сидел? -- поинтересовался третий -- крупный, сонного вида молодой человек по имени Уолтер Байярд.

     -- Нет, -- честно признался Ши. -- Но надо же когда-нибудь учиться!

     Уолтер Байярд фыркнул.

     -- Все выделываешься, аристократа великого корчишь. Надеешься, что теперь прогулки верхом помогут? Сначала у него этот кошмарный, якобы чисто английский прононс -- слава богу, ненадолго. Потом фехтование. А прошлой зимой? Кто тут все перепачкал этой патентованной норвежской лыжной мазью, а? А катался, между прочим, всего два раза.

     -- И что с того? -- огрызнулся Ши.

     Тут вмешалась Гертруда Маглер.

     -- Гарольд, не позволяй им издеваться над своей одеждой.

     -- Спасибо, Герт.

     -- Мне лично кажется, что ты очень мило выглядишь.

     -- Гм... -- Физиономия Ши выражала уже не столь горячую благодарность.

     -- А вот лошади -- это зря. Не вижу особого смысла. Когда есть автомобили... Ши протестующе поднял руку.

     -- На то у меня свои причины, Герт.

     Гертруда бросила взгляд на наручные часики и поднялась.

     -- Мне пора на дежурство. Не глупил бы ты, Гарольд. И не забудь, что пригласил меня сегодня на ужин.

     -- Угу.

     -- Расходы пополам.

     Ши поморщился.

     -- Герт!

     -- Всем пока! -- сказала Гертруда и удалилась, шурша накрахмаленным халатом.

     Уолтер Байярд хихикнул.

     -- Пополам -- и точка. Хорош мужик, ничего не скажешь. Ши постарался обратить все в шутку.

     -- Сколько не отучаешь ее обсуждать такие проблемы публично, все без толку. Ладно, заколачивает-то она побольше меня, так что пусть на здоровье ходит так в ресторан хоть четыре раза в неделю -- всяк лучше, чем всего два за счет моего скромного бюджета. Что, не так? Вообще-то она ничего девчонка.

     -- А она-то размечталась, что ты идеалист, Гарольд, -- хитро заметил Байярд. -- Она даже как-то говорила за обедом, что...

     -- Что, правда? Черт бы ее добрал!

     Вмешался Чалмерс:

     -- Не пойму, Гарольд, почему вы продолжаете... гм... встречаться с девушкой, если она вас так раздражает?

     Ши пожал плечами.

     -- Наверное, просто из тех, с кем у меня явно дело далеко не зайдет, ее еще хоть как-то можно вы нести.

     -- А сам тем временем ждешь девушку своей мечты? -- подколол Байярд.

     Ши снова попросту пожал плечами.

     -- Ладно, рассказывай, -- усмехнулся Байярд. -- Видите ли, доктор, а дело-то все в том, что стоило ему к ней раз подкатиться, как сразу же последовала хорошо рассчитанная психологическая атака, И теперь ему просто боязно завязывать.

     -- При чем тут боязно? -- огрызнулся Ши. Он встал, и голос его прозвучал неожиданно громко: -- И вообще, Уолтер, что-то я не пойму, какое твое собачье дело...

     -- Ну-ну, Гарольд, лично я не вижу оснований для подобного взрыва, -- сказал Чалмерс и обеспокоенно добавил: -- Может, вы в чем-то не удовлетворены своей работой?

     Ши перевел дух.

     -- Да нет, почему же? Делаем мы тут все, что вздумается, никто над душой не стоит, да и старику спасибо, что про институт не забыл, когда завещал свои денежки клинике. Средств сейчас я могу тратить куда больше -- да, в общем-то, как и любой из наших...

     -- Я не о том, -- перебил Чалмерс. -- Все эти ваши позы, взрывы, срывы -- все это свидетельствует о некоем внутреннем конфликте, о некоем разладе с окружающим...

     Ши ухмыльнулся.

     -- Назовите это "подавленной романтичностью". Между прочим, сам придумал, и уже давно. Вот смотрите: Уолт целыми днями тщится стать чемпионом Среднего Запада по теннису. Зачем? Герт пропадает в салонах красоты, хочет быть похожей на падшую русскую княгиню, чего ей бог не дал. А это все та же романтичность, ничто иное. А мне вот нравится наряжаться. Ну и что?

     -- Все это верно, -- согласился Чалмерс, -- если вы только не начинаете относиться к плодам своего воображения чересчур серьезно.

     -- Например, к девушкам своей мечты, -- вставил Байярд.

     Ши искоса поглядел на него. Чалмерс продолжал.

     -- В общем, если вы, не дай бог, начнете всерьез страдать от... гм... приступов депрессии -- обязательно поставьте меня в известность. А теперь -- за дело.

     -- Опять эксперимент с наркоманами? -- спросил Ши.

     -- Нет, -- ответил Чалмерс. -- Надо обсудить новую гипотезу. Я даже надеюсь, что она станет основой новой науки -- парафизики. Попробуем выяснить, можно ли на данной стадии полнить экспериментальное подтверждение. Я уже рассказывал вам о своем исходном тезисе: мир, в котором мы живем, складывается из впечатлений, полученных через ощущения. Но возможно существование и бесконечного множества других миров. И вот если наши ощущения определенным образом настроить на получение некой иной серии впечатлений, мы неизбежно обнаружим себя живущими в совершенно другом мире. Именно здесь, в клинике, я получил лишнее подтверждение данному тезису, занимаясь изучением... гм... психически больных. В основном, параноиков. Именно вы, -- кивнул он на Байярда, -- навели меня на эту мысль своим докладом о пациенте с психозом Корсакова. Следующий шаг, который необходимо осуществить -- это перевести теоретические выкладки в положения прикладного характера, то есть выяснить, каким именно образом можно перемещать объекты и людей из одного мира в другой. То частичное и неосознанное перемещение, которое наблюдается у душевнобольных, как правило, приводит к результатам, катастрофическим для психики...

     -- Минуточку, -- прервал его Ши. -- Вы что, хотите сказать, что полный сдвиг и в самом деле перенесет человеческое тело из одного мира в другой?

     -- Очень может быть, -- сказал Чалмерс. -- Ведь тело фиксирует любые ощущения независимо от сознания. Хотя для полной уверенности обязательно необходим натурный эксперимент. Правда, пока я далеко не убежден, стоит ли пускаться на такой риск. Вероятно, в другом мире и законы будут другие, а тогда и возвращение, скорее всего, окажется невозможным.

     -- Значит, вы считаете, что в мире, скажем, античных мифов будут действовать законы волшебства, а не современной физики?

     -- Именно. Вот только...

     -- Стойте! -- воскликнул Ши. -- Получается, что эта новоиспеченная парафизика будет охватывать основные законы всех возможных миров, а то, что мы называем физикой, превратится в отдельный случай парафизики?

     -- Не спешите, молодой человек, -- остановил его Чалмерс. -- Сейчас разумней будет определить понятие "парафизика" как отрасль знания, исследующую взаимосвязь различных миров на основе предположения, что миры эти и в самом деле существуют. Как вы помните, вольная трактовка термина "метафизика" в свое время привела к тому, что он практически превратился в синоним понятия "философия".

     -- Которую, -- подхватил Ши, -- одни понимают как разновидность научного знания, другие -- как разновидность знания ненаучного, а для третьих -- это не наука и не знание вообще.

     -- Великолепная формулировка, -- пробормотал Чалмерс, выуживая из кармана черный блокнотик. -- Сам Э.Т.Белл не выразился бы столь емко и афористично. Я обязательно включу ваши слова о статусе философии в свою следующую книгу.

     -- Вот как? -- Ши аж подпрыгнул на стуле. -- И что, даже доходами не поделитесь? Чалмерс мягко улыбнулся.

     -- Гарольд, голубчик вы мой, кто же мешает вам написать собственную книгу? Я искреннейшим образом вам это рекомендую. Байярд усмехнулся.

     -- Гарольд у нас широкая душа, прямо ковбой в кино. Вот я, например, своими словесными перлами не разбрасываюсь. Я их берегу до той поры, пока не смогу использовать с толком и получить за это денежки. Но вернемся к нашим баранам. Как вы собираетесь перемещать людей из одного мира в другой?

     Чалмерс нахмурился.

     -- До этого мы дойдем, только всему свое время. Насколько я представляю, основой метода должно стать усвоение нашим сознанием неких фундаментальных положений, лежащих в основе того или иного мира, который мы намереваемся достичь. Что это могут быть за положения? Я склоняюсь к мысли, что в первую очередь положения формальной логики.

     -- Например? -- перебил Ши.

     -- О, ну тот же, скажем, принцип зависимости: любое обстоятельство, в котором и только в котором наличие известного феномена отлично от его отсутствия, связано с данным феноменом.

     -- Ф-фух! Звучит почти столь же отвратно, как определение количества Фрейга. Байярд тут же забубнил:

     -- Количество объектов в данном классе...

     -- Уолтер, помолчи, у меня нервы не железные?

     -- ...является классом всех классов, тождественных данному классу.

     Чалмерс хмыкнул.

     -- Вы закончили шутить, джентльмены? Тогда я продолжу. Допустим, что среди бесконечного множества миров существует и такой, который управляется магией. В таком случае может оказаться, что принцип зависимости будет там недействителен, вместе с ему подобными, а вот магические -- например, закон подобия -- действительны.

     -- Что это за закон подобия? -- поинтересовался Байярд.

     -- Сформулировать его можно примерно так: эффект подобен изображению эффекта. У нас такой закон не действует, хотя первобытные люди в него твердо верили. Они, например, воображали, что стоит опрыскать землю водой, да еще произнести при этом что-нибудь вроде "мамбу-ямбу", как пойдет и настоящий дождь.

     -- Я и не подозревал, что вы способны формулировать принципы магии, -- заметил Ши.

     -- А как же, -- с достоинством отозвался Чалмерс. -- Возьмем наших врачей -- фокусниками они себя не считают. Они уверены, что работают на основании законов природы. В мире, где все твердо верят в эти законы, так оно и есть. А там, где общественное сознание настроено на восприятие неких иных впечатлений, могут, очевидно, действовать и законы магии. Слышали, должно быть, об африканских колдунах-врачевателях? Фрезер и Сибрук сформулировали несколько магических законов, на которые опираются эти дикари. Закон распространения, например: объекты, когда-либо находившиеся в контакте, продолжают взаимодействовать на расстоянии. Как вы...

     Ши нетерпеливо щелкнул пальцами.

     -- Секундочку, доктор. В мире вроде того, о котором вы говорите, как получается: законы магии действуют, поскольку в них верят, или люди в них верят, потому что они действуют?

     Чалмерс вкрадчиво улыбнулся -- верный признак того, что он собирается раздавить оппонента интеллектом.

     -- Подобный вопрос, Гарольд, по бессмертному выражению Расселла, -- лишь бессмысленный шум.

     -- Не надо, доктор, -- отрезал Ши. -- Слыхали. Это любимая увертка всех наших эпистемологов. Как задашь им вопрос, на который они не могут ответить, так они только улыбаются и твердят про бессмысленный шум. А я уверен, что мой вопрос вполне разумен и, следовательно, заслуживает разумного ответа.

     -- Он лишен смысла, -- повторил Чалмерс, -- и я с легкостью докажу это на основе вашей же попытки... гм... построить концептуальную структуру на базисе скорее абсолютистском, нежели релятивистском. Я вам докажу это. Чуть позже. А сейчас позвольте мне продолжить изложение проблемы. Да -- как вам известно, последовательную логическую цепочку можно построить из любого набора посылок...

     Байярд вдруг широко раскрыл полуприкрытые доселе глаза и встрял с очередным резким замечанием:

     -- Послушайте, доктор, а не трещит ли ваша гипотеза по всем швам? По-моему, она не исключает и возможности перемещения в будущее. И что же? Мы познакомимся с не открытыми еще законами, не сделанными еще изобретениями. Но в будущем наверняка уже в курсе нашего метода, так что мы сможем вернуться в настоящее с полным чемоданом всяких новинок. Перенесенные знания будут предвосхищать будущее, а, значит, изменят его,

     -- Гениально, Уолтер, -- остановил его Чалмерс. -- Только, боюсь, вы кое-что упустили. В будущее вообще мы действительно сможем попасть, только вовсе не обязательно это должно оказаться именно наше будущее -- то самое, что предстоит нашему эмпирико-позитивистскому миру. Для подобного перемещения в другой мир необходимо иметь мысленную модель структуры отношений в нем. Для этого вам потребуется полный набор понятий определенного физического мира, тех самых понятий, кои обуславливают воспринимаемые сознанием впечатления. А понятия будущего -- продукты взаимодействия различных неизвестных нам факторов, в чем и...

     -- Ясно, -- поддакнул Ши, -- структура отношений действительного будущего еще не сформировалась, в то время как такие структуры для всех прошлых миров уже упорядочены.

     -- Совершенно верно. Скажу вам больше: проникнуть можно в те и только в те миры, которые представлены готовой упорядоченной моделью отношений. Можно, например, попасть в любое будущее из произведений Герберта Уэллса, надо только выбрать ряд основных исходных посылок. В случае же с реальным будущим нам такие посылки неизвестны. Но не могу не заметить, что умозрительная экстраполяция на основе наших скудных данных уже унесла нас... гм... в заоблачные дали. Поэтому давайте-ка вернемся в наше родное время и пространство и посвятим себя разработке конкретной технологии эксперимента, с помощью которой мы пойдем на штурм парафизических проблем. Итак, чтобы получить некое транспортное средство, способное перенести нас из одного мира в другой, нам придется решить достаточно непростую задачу по извлечению из картины некоего мира -- скажем, мира "Илиады" -- исходных посылок и...

     -- Другими словами, понадобится эдакий силлогизмобиль? -- перебил его Ши.

     На какой-то миг показалось, что Чалмерс раздосадован, но он тут же рассмеялся.

     -- Умеете вы, Гарольд, выражаться образно. Не устаю вам повторять: напрасно вы не печатаетесь, растрачиваете таланты впустую. Хотя должен заметить, что термин "силлогизмобиль" годится разве что для внутреннего использования, среди сотрудников Гарейденского института. Когда придет время огорошить коллег-психологов парафизикой, потребуется определение подостойней.

     * * *

     Гарольд Ши лежал на кровати, курил и размышлял. Курил он дорогие английские сигареты -- не столько потому, что особо их любил, сколько по той причине, что согласно его показушному имиджу и курить полагалось что-нибудь эдакое. А размышлял он о докладе Чалмерса.

     Да, эксперимент может быть связан с опасностями -- доктор прав, но, с другой стороны, и жизнь такая наскучила Ши необыкновенно. Чалмерс -- способный ученый, но страшный зануда. Если и могут мирно сосуществовать талант и занудство, то Рид Чалмерс -- образчик подобного союза. По идее, исследователями считаются все трое, но на деле двое из них -- просто сборщики фактов, поставщики данных для доктора-эрудита, который оставляет за собой право наслаждаться анализом и обобщением.

     Положим, кое-какие развлечения у меня есть, -- думал Ши, -- но в сущности это лишь жалкая замена настоящей интересной жизни. Сами по себе бриджи с нелепыми бутсами хороши, но первый же опыт верховой езды обернулся горьким разочарованием. Он-то думал, что, скача на лошади, испытает упоительный азарт кавалерийской атаки -- где там! Единственное, чего добился он своими чудачествами, было то, что все знакомые сочли его малость чокнутым. Ну и ладно, наплевать.

     Впрочем, Ши был неплохим психологом и обманывать себя долго не мог. Ну конечно, не наплевать. При столь неукротимом желании произвести впечатление посильнее далеко не весело то и дело оказываться в положении обыкновенного неудачника, против которого оборачивается все, что бы он ни затевал.

     К черту, -- думал он, -- хандри -- не хандри, толку не будет. Чалмерс считает, что перемещения возможны. Только огня не хватает у старого борова, вдохновения, полета. Однажды он вздумал подвергнуть институтскую уборщицу сеансу психоанализа, так она, бедняжка, решила, что он предлагает ей руку и сердце. Хотя, конечно, промахнулся он тогда в технике, а не в общей теории. В теории-то Чалмерс силен, он уже сейчас видит все возможные опасности.

     Да. Коли он говорит, что при помощи некой формулы можно переместиться в иное время и пространство -- значит, так оно и есть. Но это же... это же полная свобода от... Вот именно -- от собственной постылой незначительности, -- признался он сам себе. Что там Колумб со своей Америкой?

     Возбужденный собственными мыслями. Ши вскочил и принялся мерить шагами комнату. Вот бы исследовать... ну, скажем, мир "Илиады". Опасно -- можно и не вернуться. Особенно, -- мрачно подумал Ши, -- если окажешься одним из рабов, которые тысячами гибли под стенами блистательной Трои.

     Бог с ней, с "Илиадой". Может, заглянуть в сумрачный мир древних славян? Не пойдет. Слишком много колдунов-людоедов и волков-оборотней. Вот оно -- Ирландия! Точно -- Ирландия Кухулина и королевы Медб. Правда, там тоже море крови, да какого черта! Какие приключения без опасностей? Во всяком случае, любая опасность -- это нечто осязаемое, с чем можно справиться. А девушки там какие! Прехорошенькие, если судить по описаниям!

     * * *

     Коллеги Ши наверняка даже и не заметили перемен в его весьма беспорядочной системе работы. Едва бы они заподозрили, что он давно забросил Хаавелока Эллиса и теперь штудирует цикл саг в обработке Альстера и Фениана -- и все ради задуманного "путешествия". Коллеги... Если бы кто-то из них внезапно вошел в комнату, то при виде лежащего на столе списка, включающего помимо всего прочего фонарик, пистолет и марганцовку, наверняка решил бы, что Ши попросту собрался на природу, обставив это дело со свойственными ему заскоками.

     Но все же Ши тщательно скрывал свои приготовления и приобретенного снаряжения никому не показывал. А среди него были револьвер "Кольт" тридцать восьмого калибра с большим запасом патронов, охотничий нож из нержавеющей стали -- они от такого металла просто обалдеют, -- решил он про себя, -- фонарик, коробка спичек, дабы сойти при случае за великого колдуна, записная книжка, гэльский словарь и, наконец, "Настольная книга бойскаута" 1926 года издания, наиболее доступный источник кучи полезных советов для туристов, забравшихся в далекие от цивилизации края.

     После утомительного дня, наполненного бесконечными опросами несчастных невротиков, Ши отправился домой и плотно пообедал. Затем он облачился в практически неношенный еще костюм для верховой езды, взгромоздил на плечи поверх пальто для поло рюкзак со всем снаряжением, нахлобучил шляпу с зеленым пером и в таком виде уселся за стол. Там, на разложенных перед ним листках бумаги, красовались логические уравнения, испещренные значками в виде подков, перевернутой буквы "Т" и знаками тождества.

     От одного взгляда на эту писанину Ши стало дурно. Ладно, какого черта! Формулы -- это порог, а за порогом -- мир приключений и романтики. Он склонился над столом и погрузился в чтение, стараясь не вникать в мелочи, а сразу охватить все в целом.

     -- Если Р равен не-Q, а Q включает не-Р, что равносильно высказыванию или Р, или Q, или ни Р, ни Q, но не обоим одновременно. Но если не-Р не является частью не-Q, то контримпликативная форма данного суждения...

     На столе не было ничего, кроме шести листков бумаги. Всего шести листков, аккуратно разложенных в два ряда в полудюйме друг от друга. Между ними должна была проглядывать поверхность стола, но ее не было. Ничего не было.

     -- Полный довод, таким образом, содержится в эпихейрематическом силлогизме, главная посылка которого не является выводом антимемы, хотя меньшая посылка, которая либо может, либо не может быть выводом неаристотелевского сорита...

     Листы бумаги все еще оставались на месте, но под шестью белыми прямоугольниками раскручивался водоворот бледных разноцветных бликов. Тут были все цвета радуги, -- машинально отметил он, -- но фиолетового явно больше. Кружились и кружились они, кружились и кружились...

     -- Если либо Р, либо Q верно, или (Q или R) верно, тогда либо Q верно, либо (Р или Q) ложно...

     Кружились и кружились... А он ничего уже не слышал, ничего не чувствовал -- ни тепла, ни холода, ни кресла под собой, ничего не видел, кроме миллионов кружащихся разноцветных точек.

     Так, ощущения вроде стали возвращаться -- температурные, по крайней мере. Холодно. И что-то слышно. Какой-то отдаленный свист, вроде как ветер воет в трубе. Блики слились в единую серую массу. Ступни, похоже, во что-то уперлись. Он выпрямил ноги -- точно, он на чем-то стоит. Вокруг все серо... и жуткая холодина, ветер заворачивает полы пальто чуть ли не на голову.

     Он глянул вниз. Ноги, кажется, на месте. Ау, ноги, привет! Рад вас видеть. Правда, они плотно влипли в какую-то желто-бурую жижу, почти утопившую ботинки. Грязь, видимо, обозначала дорогу, а скорее тропу шириной в каких-то два фута. По краям ее начиналась чахлая серо-зеленая травка. В траве, словно перхоть в волосах, белели снежные хлопья. Шел снег. Темные точки неслись на фоне клубящегося тумана чуть ли не параллельно земле и секли грязную дорогу с едва слышным "тс-с..." То и дело Ши чувствовал на лице их холодные уколы.

     Вот так. Он своего добился. Формула, выходит, подействовала.
Глава 2.


     -- Добро пожаловать в Ирландию, -- пробормотал про себя Гарольд Ши и возблагодарил небо за то, что "силлогизмобиль" перенес его сюда одетым и со всем снаряжением. Хорош бы он был, окажись среди этого промороженного ландшафта голым. Все вокруг скрывала серая пелена, но не только из-за снега. Холодный промозглый туман позволял видеть не далее, чем ярдов на сто. Дорога перед ним поворачивала влево, огибая небольшой круглый холмик, на склоне которого меланхолически раскачивалось под порывами ветра одинокое дерево. Все его ветви вытянулись в одном направлении, словно ветер уже тысячу лет дул только в одну сторону. Несколько серых листочков, серых и унылых, как и весь окрестный пейзаж, трепетали на ветвях.

     Ши направился к этому дереву, ибо оно было единственным достойным внимания объектом среди всей этой грязи, травы и тумана. Судя по изрезанной формы листьям, то был карликовый северный дубок.

     Странно, -- подумал Ши, -- ведь тот встречается лишь за Полярным кругом. Он наклонился было, чтобы получше рассмотреть листья, как вдруг услыхал у себя за спиной шлепанье конских копыт по жидкой грязи.

     Он обернулся. Лошадка была крошечная, чуть больше пони, косматая, с роскошной гривой, развевающейся вокруг холки. На спине ее, горбясь под порывами ледяного ветра, восседал какой-то человек, очевидно, довольно высокого роста, поскольку ноги его почти волочились по земле. Фигуру его скрывал бледно-голубой плащ, а из-под глубоко нахлобученной бесформенной широкополой шляпы торчала лишь длинная седая борода.

     Ши торопливо сбежал со склона ему навстречу и обратился к путнику фразой, заранее заготовленной на случай первого контакта с представителями мира ирландских легенд:

     -- Верхушка утра тебе, добрый человек! Где бы сыскать мне ближайший трактир или что-нибудь в этом роде?

     Не успел он вымолвить и половины того, чего хотел, как всадник приподнял край шляпы, и слова застряли у Ши в горле. Он увидел гордое, неулыбчивое лицо и жутковатый провал, зиявший на месте левого глаза. Ши растянул в улыбке непослушные губы, собрался с духом и продолжил:

     -- У вас в Ирландии, поди, не часто декабрь столь лютый?

     Незнакомец поглядел на него с какой-то нездоровой отстраненностью, которую Ши по профессиональной привычке отнес к некой любопытной форме проявления шизофрении, и глубоким басом, растягивая слова, молвил:

     -- "Трактир", "Ирландия" -- неведомы слова мне эти. Ныне же не декабрь, но май, и время приспело зиме Фимбул.

     Ужас охватил Гарольда Ши при этих словах, тем более, что последнего он вообще не разобрал. Откуда-то издалека донесся слабый, едва различимый звук, похожий на вой собаки... или волка. Покуда он соображал, что бы еще сказать незнакомцу, рядом что-то мелькнуло, послышался шорох крыльев. Две большие птицы, похожие на огромных ворон, плавно скользнули по воздуху, присели в сухую траву, глянули на него осмысленными человеческими глазами и вновь бесшумно взлетели.

     -- Ладно, тогда куда же я это угодил?

     -- На крылья мира, к границам Мидгарда!

     -- А это что еще за хреновина?

     В глубоком голосе собеседника послышались нотки раздражения.

     -- Всему в мире определены свои место, время и личность. Всему, но не глупым вопросам и шуткам нелепым!

     Он отвернулся от Ши, перед глазами которого оказалось обтянутое голубой тканью плечо, тронул поводья и медленно двинулся вперед.

     -- Эй! Постойте! -- закричал Ши с обидой в голосе. Пальцы его уже ныли от холода, челюсти сводило. Он оставался один, совсем один в этой арктической пустыне, а старый козел решил ускакать и бросить его на произвол судьбы! Ши вырвался вперед и твердо перегородил пони дорогу.

     -- Да что же это такое, в самом деле? По-моему, я вполне учтиво поинтересовался...

     Пони остановился, ткнувшись мордой в пальто Ши. Всадник внезапно расправил плечи, и Ши вдруг понял, что он и в самом деле очень высок, настоящий великан. Больше он ничего не успел подметить, поскольку буквально физически, всем телом ощутил, как приковал его к месту сверлящий взгляд единственного глаза. Холодная волна пробежала по коже, а мозг словно проткнула ледяная игла. Незнакомец заговорил, и он скорее почувствовал, чем услышал его слова:

     -- Уж не мня ли задержать ты желаешь, презренный?

     Ши обнаружил, что при всем желании не может шевелить ничем, кроме губ.

     -- Н-нет, конечно... -- пролепетал он. -- То есть... Я просто хотел... Не скажете ли, как мне попасть в какой-нибудь... Куда-нибудь, где тепло...

     Всадник молча сверлил его немигающим взглядом. Казалось, единственный глаз незнакомца читает все его сокровенные мысли. Затем он слегка ссутулился, поля шляпы обвисли и закрыли лицо, а голос зазвучал приглушенно.

     -- Нынче вечером остановлюсь я у Посредника Сверра, дом коего являет собой Распутье Мира. Да будет тебе дозволено следовать за мною!

     Ветер приподнял край его голубого плаща и оттуда, кружа, посыпались какие-то листья. Один из них на мгновенье задержался на груди у Ши. Он подхватил листок онемевшими пальцами и увидел, что это лист ясеня -- живой, мягкий и по-весеннему зеленый. И это здесь, посреди пронизанной ледяными ветрами равнины, где если и растет что, то только карликовые полярные дубы!

     Ши пропустил пони вперед и поплелся сзади, спрятав голову в плечи, подняв воротник и глубоко засунув руки в карманы. Глаза слепили колючие снежинки; способность соображать была почти утрачена, но он не оставлял героических попыток хоть как-то оценить обстановку. Итак, логические формулы забросили его в какой-то иной мир. Вряд ли стоило требовать от неприветливого бородача дополнительных объяснений, чтобы убедиться, что это все-таки далеко не Ирландия. Где-то он здорово просчитался. Может, попробовать вернуться, проверить расчеты? Куда там -- Ши обнаружил, что у него нет и малейшего представления о том, что содержали те клочки бумаги. Оставалось одно: попытаться справиться с возникшей ситуацией на месте.

    

... ... ...
Продолжение "1. Ревущая труба" Вы можете прочитать здесь

Читать целиком
Все темы
Добавьте мнение в форум 
 
 
Прочитаные 
 1. Ревущая труба
показать все


Анекдот 
Условный рефлекс. Космонавты с МКС, испугавшись космического мусора, перебрались в наш отечественный модуль Союз. И это правильно! Ведь с того, кто едет на иномарке, мусор сдирает намного больше, чем с того, кто на отечественой тачке.
показать все
    Профессиональная разработка и поддержка сайтов Rambler's Top100