Вход    
Логин 
Пароль 
Регистрация  
 
Блоги   
Демотиваторы 
Картинки, приколы 
Книги   
Проза и поэзия 
Старинные 
Приключения 
Фантастика 
История 
Детективы 
Культура 
Научные 
Анекдоты   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Персонажи
Новые русские
Студенты
Компьютерные
Вовочка, про школу
Семейные
Армия, милиция, ГАИ
Остальные
Истории   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Авто
Армия
Врачи и больные
Дети
Женщины
Животные
Национальности
Отношения
Притчи
Работа
Разное
Семья
Студенты
Стихи   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Иронические
Непристойные
Афоризмы   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рефераты   
Безопасность жизнедеятельности 
Биографии 
Биология и химия 
География 
Иностранный язык 
Информатика и программирование 
История 
История техники 
Краткое содержание произведений 
Культура и искусство 
Литература  
Математика 
Медицина и здоровье 
Менеджмент и маркетинг 
Москвоведение 
Музыка 
Наука и техника 
Новейшая история 
Промышленность 
Психология и педагогика 
Реклама 
Религия и мифология 
Сексология 
СМИ 
Физкультура и спорт 
Философия 
Экология 
Экономика 
Юриспруденция 
Языкознание 
Другое 
Новости   
Новости культуры 
 
Рассылка   
e-mail 
Рассылка 'Лучшие анекдоты и афоризмы от IPages'
Главная Поиск Форум

Рассказы - - Эволюция доктора Полларда

Фантастика >> Зарубежная фантастика >> Гамильтон, Эдмунд >> Рассказы
Хороший Средний Плохой    Скачать в архиве Скачать 
Читать целиком
Эдмонд Гамильтон. Эволюция доктора Полларда



     Нас было трое в доме доктора Полларда той ужасной ночью, которую я отчаянно и безуспешно пытаюсь вытравить теперь из своей памяти. На встрече присутствовали: сам доктор, Хью Даттон и я - Артур Райт. В ту ночь доктор Поллард нашел свою судьбу - столь страшную и трагическую, что здоровый мозг и представить-то ее себе не может. Теперь Полларда нет. Даттона, в общем, тоже, потому что он доживает свой век в сумасшедшем доме. Одному лишь мне выпало сомнительное счастье остаться в живых и сохранить рассудок, чтобы поведать во всех подробностях о происшедших в доме Полларда событиях.

     В уединенный коттедж доктора Даттон и я отправились по приглашению. Когда-то мы были друзьями и втроем делили комнату в университетском общежитии в Нью-Йорке. Дружба наша была до некоторой степени необычной, потому что Поллард и возрастом, и темпераментом сильно отличался от нас с Даттоном. Он был на несколько лет старше и гораздо сдержанней. Кроме того, Даттон и я готовились стать инженерами, а Поллард записался на биологический факультет и прошел там полный курс повышенной сложности. Потом он, уже получив степень доктора, работал в Вене у знаменитого Брауна, чьи смелые идеи переполошили в свое время весь цивилизованный мир, а совсем недавно вернулся в Штаты и стал заниматься самостоятельными исследованиями в собственном доме неподалеку от Нью-Йорка на берегу Гудзона. С тех пор мы не получали от него никаких вестей, поэтому приглашение доктора провести с ним выходные удивило нас ничуть не меньше, чем обрадовало.

     Мы прибыли в его коттедж уже в сумерках, потому что много времени ушло на выяснение дороги в маленькой деревушке на речном берегу. Наконец, руководствуясь указаниями фермеров, мы добрались до дома нашего друга, и сам Поллард, сияя радостной улыбкой, выбежал на крыльцо, чтобы приветствовать нас.

     - Ого, да вы, оказывается, выросли, мальчики! - были его первые слова.- Я-то помню вас как Хью и Арта - грозу всего университетского городка, а тут на тебе! Ни дать ни взять члены делового клуба, позабывшие все анекдоты!

     - Такова участь тех, кто занимается коммерцией, - с напускной серьезностью отвечал Даттон. - А вот вы такая же старая устрица, что и пять лет назад.

     - И притом очень везучая, - добавил я, - коль ей удалось заманить в свое отшельническое логово двух доблестных представителей делового мира!

     - Да, черт возьми, мне повезло, - согласился Поллард. - Если бы вы только знали, до чего я рад видеть вас у себя! Что же касается моего логова, то именно ему я обязан теми успехами, которых достиг и которых мне нипочем бы не видеть, останься я в городских лабораториях, похожих на склад забытого хлама. А достиг я очень многого... Впрочем, всему свое время. Давайте-ка лучше войдем, не торчать же на улице! Вы, надеюсь, голодны?

     - Лично я не очень, - ответил Даттон, направляясь вслед за хозяином в гостиную. - Так что могу удовольствоваться дюжиной-другой сандвичей и цистерной кофе.

     Пока экономка с кухаркой готовили обед, Поллард повел нас на экскурсию по своему огромному дому. Нас, разумеется, больше всего интересовала лаборатория. Она была расположена в крыле, которое только недавно пристроили к зданию, и поражала блеском белых кафельных стен и отполированных заботливой рукой хозяина инструментов. В центре пола стояла громадная кубическая конструкция из сверкающего металла, заключенная в цилиндрический стальной кожух, а в соседней комнатке располагались динамо и движки собственной электростанции Полларда.

     Осмотр занял довольно много времени, и, когда мы кончили обедать, на дворе уже была ночь. Прислуга разошлась по домам, а мы уселись с дымящимися сигарами в гостиной и с довольным видом принялись оглядывать обстановку. Наконец Даттон, лениво откинувшись на спинку дивана, нарушил молчание.

     - А ваше логово совсем неплохо, Поллард, - сказал он.-Я бы и сам тут пожил с месячишко, будь у меня такая возможность. Вам тут, должно быть, вольготно, не правда ли? Никаких тебе шумов, никаких дымов... Красота!

     - Вольготно...-задумчиво повторил Поллард.- Вольготно, говорите? Нет, дорогой Хью, вы просто не знаете, как я тут вкалываю во славу науки. Никогда еще не работал я так неистово. За всю предыдущую жизнь я не сделал и сотой доли того, что мне удалось совершить за последние два года, которые я здесь живу.

     - А над чем вы, кстати, трудитесь? - спросил я. - И какие такие страсти вы тут прячете?

     Поллард усмехнулся.

     - И впрямь страсти, -подтвердил он. - Никто из жителей округи так ни разу и не заглянул сюда. Боятся... Они знают, что я биолог и что у меня тут лаборатория. Бедняги уверены, что я занимаюсь какой-то особо ужасной вивисекцией. Поэтому и прислуга не остается на ночь... - Он сделал паузу. - Причем если б они знали, что я делаю в действительности, то без промедления собрали бы свои пожитки и дали отсюда деру, да так, что только на Аляске смогли бы остановиться и перевести дух.

     - Ну вот, вы и на нас пытаетесь нагнать страху! - воскликнул Даттон. - Предупреждаю вас, Поллард: если пять лет назад вам удавалось иногда наставить нам с Артуром синяков, то с тех пор мы подросли и не дадим себя в обиду!

     - Милые старики, - с невыразимой нежностью и теплотой произнес Поллард. - Я не собираюсь заставлять вас праздновать труса в моем доме. Я пригласил вас сюда как самых близких друзей с тем, чтобы показать свою работу и попросить вас помочь мне в ее завершении.

     - Помочь? - переспросил Даттон. - Чем? Неужто вам нужны ассистенты, чтобы разрезать червяка?

     - Дело гораздо сложнее, - переходя на серьезный тон, ответил Поллард. - Вы, без сомнения, знайте, что такое эволюция. Вам известно, что жизнь на Земле началась с простейшей одноклеточной протоплазмы и затем путем разного рода мутаций развилась в свои нынешние формы. Не секрет также и то, что эволюция все еще продолжается.

     - Это нам известно, - с достоинством произнес Даттон. - То, что мы не биологи, еще не значит...

     - Помолчите, Хью! - воскликнул я. - Итак, дорогой доктор, признайтесь, какое отношение к эволюции имеет то, чем вы тут занимаетесь?

     - Самое прямое, - ответил Поллард. - Я занимаюсь непосредственно эволюцией. Попытаюсь объяснить. Вы утверждаете, что имеете представление о важнейших ступенях развития живой материи. Как известно, она пошла от протоплазмы и последовательной мутацией достигла сначала уровня рыб, потом земноводных, птиц, млекопитающих и, наконец, уровня человека. Это общепризнанная теория. Но даже эта теория не может дать ответа на два важнейших вопроса. Во-первых, что является причиной эволюционного процесса? Что определяет эти медленные, но непрерывные изменения в структуре всего живого? Во-вторых, какой будет эволюция человека в дальнейшем, в какие формы разовьется его организм и когда это развитие прекратится? - Поллард на минуту умолк, затем закурил я продолжал: - Мне удалось найти ответ на первый из этих вопросов. Теперь на очереди второй. Я собираюсь разрешить проблему сегодня вечером и именно поэтому прошу вас о помощи.

     Ничего не понимая, мы уставились на него. Наконец я пришел в себя и произнес:

     - Да вы нас дурачите, Поллард...

     - Я совершенно серьезен, Артур. Я действительно нашел ответ на первый вопрос. Мне удалось установить причину эволюции.

     - И в чем же она состоит?

     - Как и предполагали некоторые биологи, причиной эволюции являются космические лучи. Я отыскал неоспоримые подтверждения. Ультракороткое излучение, пронизывающее все живое и вызывающее изменения на молекулярном уровне, которые мы называем мутациями.

     - Господи, Поллард! - воскликнул Даттон. - Да неужели вы серьезно?

     - Я настолько убежден в своей правоте, что без колебаний готов рискнуть жизнью ради продолжения эксперимента. И я сделаю это сегодня же!

     - Что вы задумали, черт возьми? - в один голос воскликнули мы с Даттоном.

     - Я задумал сказать "б", коль уже сказал "а". Я собираюсь отыскать ответ на второй вопрос и установить, каким будет до конца эволюционировавший человек.

     - Но каким образом вы собираетесь?..

     - Очень просто! - перебил Поллард. - За последние месяцы мне удалось сделать то, что не удавалось ни одному физику. Я смог сконцентрировать космические лучи и одновременно нейтрализовать их смертоносный эффект. Вы видели куб и цилиндр в моей лаборатории? Цилиндр служит конденсатором лучей, падающих на этот район Земли, и рефлектором, направляющим частицы внутрь куба. Теперь представьте, что поток лучей в миллион раз сильнее, чем в естественных условиях, пронизывает тело человека, стоящего внутри куба. Каков будет результат? Человек станет эволюционировать в миллион раз быстрее, чем сейчас. В течение тридцати минут он пройдет дистанцию, которую в естественных условиях проползает за сто миллионов лет!

     - И вы намерены поставить такой эксперимент? - спросил я.

     - Да, я намерен поставить его. Поставить на себе, чтобы самому испытать те изменения, которые ожидают человечество в процессе эволюции.

     - Но это же сумасбродство! - воскликнул Даттон.

     Поллард только улыбнулся в ответ.

     - Даттон прав, - сказал я. -Вы, Поллард, слишком засиделись тут в полном одиночестве. Неудивительно, что ваш мозг...

     - Я вовсе не свихнулся! - отрезал Поллард. - Да понимаете ли вы, что такой опыт открывает для человечества сказочные перспективы? Ведь люди будущего, по идее, должны относиться к нам так же, как мы к обезьянам. А если мы возьмем на вооружение мой метод, то сразу приведем всех людей Земли к вершинам физического и духовного развития! Разве это не благородная цель? Разве стремление ускорить ее достижение есть признак слабоумия?

     - Попытка подтолкнуть эволюцию человечества кощунственна в самой своей сути! - продолжал упорствовать я.

     - Слава тому, кто предпримет такую попытку, - ответил Поллард. - И я знаю, что она может оказаться удачной, но сперва один из людей должен отправиться на разведку и первым пройти все стадии будущего развития, чтобы определить, какая из них является оптимальной для всех. Я убежден, что такая стадия существует!

     - И вы пригласили нас сюда, чтобы втравить в это дело?

     - Именно. Я хочу войти в куб и подвергнуться усиленному действию лучей, но мне нужны помощники, чтобы включать и выключать аппарат в определенные моменты.

     - Слушайте же, Поллард! - загремел Даттон. - Если это шутка, то для меня она слишком заумна. К тому же мне кажется, что мы уже зашли достаточно далеко.

     Прежде чем ответить, Поллард поднялся на ноги.

     - Мы отправляемся в лабораторию! - не допускающим возражений тоном сказал он. - Пора начинать!

     Я не помню, как мы добрались до лаборатории. Разубеждать Полларда у нас больше не было сил, а связать его и уложить на диван мы не рискнули, памятуя о синяках, полученных от него за годы учебы. Он был силен как бизон.

     Возле сверкающего цилиндра Поллард остановился и, любовно похлопав по металлическому кожуху, прошел в комнату, где размещалась его энергостанция. Мы с Даттоном удивленно таращили глаза на бесчисленные реторты и колбы на полках, когда до нас донесся ровный гул генераторов. Поллард вернулся к панели управления своей адской машиной и повернул один из выключателей. Раздался треск, и цилиндр засиял молочно-белым светом. Доктор указал на большой кварцевый экран в потолке куба, из которого бил мощный пучок видимых лучей.

     - Вот цилиндр начал собирать космические лучи, - пустился в объяснения Поллард. - Концентрированный поток этих лучей падает через экран внутрь камеры. Чтобы отключить пучок, надо просто разомкнуть цепь при помощи вот этого тумблера. - И Поллард показал нам, как это делается, переведя рычаг в нерабочее положение. Увидев, что мы с Даттоном совершенно обескуражены, он мгновенно переоделся в легкий костюм для бега и сказал:

     - Мне необходимо самому наблюдать за происходящими изменениями, и такой костюм делает это возможным. Теперь я войду в куб, а вы включите лучи и оставите все как есть ровно на пятнадцать минут. Это приблизительно соответствует пятидесяти миллионам лет обычной эволюции. Через четверть часа вы выключите аппарат, и мы посмотрим, что со мной станет. Потом мы сможем продолжать опыт такими же отрезками по пятнадцать минут.

     - И когда же все это прекратится? - спросил Даттон.

     - Тогда, когда прекратится сама эволюция, - отвечал Поллард, - то есть когда лучи перестанут действовать на меня. Вы знаете, как интересует биологов вопрос о последней, конечной человеческой мутации. Что ж, сегодня мы получим ответ на него.

     Доктор шагнул к кубу, затем вдруг остановился и, вернувшись к письменному столу, взял с него запечатанный конверт.

     - Это, - сказал он, передавая конверт мне, - на случай, если со мной произойдет нечто фатальное. Тут свидетельство вашей полной непричастности к моей возможной гибели и расписка в том, что вся ответственность за последствия опыта ложится на меня.

     - Поллард, оставьте эту сумасбродную затею, - предпринял я последнюю попытку. - Еще не поздно, Поллард!

     - Поздно, - сказал он с улыбкой, - поздно, друзья. Если я отступлю сейчас, то потом никогда уже не осмелюсь встретить свой собственный взгляд в зеркале. Покончим с этим!

     Он вошел в куб, остановился под экраном и подал нетерпеливый знак. Словно бессловесный робот, я повернул рычаг. Цилиндр вновь загорелся белым сиянием, и лучи хлынули внутрь куба, делая его стенки почти прозрачными. Мы видели, как фигура Полларда дрожит и извивается, точно по ней пропущен ток, и с трудом различали контуры его головы и плеч. Все остальное было окутано молочно-белым сияющим туманом. Я знал, что космические лучи невидимы, но Полларду, похоже, удалось как-то трансформировать их.

     Даттон и я с колотящимися сердцами не отрываясь смотрели внутрь кубической конструкции. Моя рука прилипла к тумблеру, в другой лениво тикали влажные от пота часы. Наконец срок истек, и я выключил аппарат. Мы изумленно ахнули. Поллард, все еще дрожа, стоял в камере, но это был уже не тот человек, которого мы видели каких-нибудь четверть часа назад. Теперь это было божество! Тело его излучало великую физическую силу, поражало красотой и благородством пропорций, которых мы и представить себе не могли. Поллард стал на несколько дюймов выше, его кожа приобрела чистый нежно-розовый цвет, каждый мускул его могучих плеч казался вылепленным великим скульптором.

     Но самое разительное изменение произошло в чертах лица доктора. Теперь оно светилось невообразимой интеллектуальной энергией. Темные ясные глаза излучали великую добрую мудрость. Полларда больше не существовало. Вместо него было незнакомое создание, настолько превосходящее нас физически я умственно, насколько мы превосходим троглодитов.

     Он вышел из куба и заговорил сочным, полным триумфа голосом:

     - Ну, видите? Мой аппарат работает точно так, как я ожидал. Теперь я на пятьдесят миллионов лет опережаю в развитии и вас, и всех остальных людей!

     - Поллард! Поллард... - судорожно выдавил я. - Но это... это ужасно!

     - Ужасно? - Его глаза ослепительно сверкнули. - Напротив, это замечательно! Да разве способны вы оба понять, что я такое? Я на пятьдесят миллионов лет оторвался от вас в своем развитии. Теперь и эта лаборатория, и вся моя предыдущая работа кажутся мне мышиной возней! Проблемы, на которые уходили годы, я могу решить за считанные минуты. Я способен принести человечеству столько же пользы, сколько все остальные люди, вместе взятые!

     - Значит, вы остановитесь на этой стадии? - горячо воскликнул Даттон. - Вы не станете продолжать эксперимент?

     - Еще как стану! Если пятьдесят миллионов лет так изменили меня, то что сделают сто, двести? Я обязан выяснить это. Я схватил его за руку.

     - Поллард, послушайте! Ваш эксперимент удался, самые дикие ваши теории блестяще подтверждены. Остановитесь! Подумайте, до чего вы можете дойти!

     - Нет, Артур, - произнес он, освобождаясь от моей судорожной хватки. - Не остановлюсь. Я уже сделал первый шаг и должен двигаться дальше.

     Он снова вошел в камеру, а мы с Даттоном, разинув рты, беспомощно уставились друг на друга.

     - Включите лучи, и пусть они поработают еще пятнадцать минут, - скомандовал Поллард. - Увидим, что будет через сто миллионов лет.

     Я подчинился. Снова засветился цилиндр, и опять фигура Полларда почти полностью растаяла в тумане. Мы ждали в лихорадочном напряжении. Нам казалось, что ничего больше произойти не может, что Поллард уже достиг вершин человеческого развития, но все же мы нетерпеливо поглядывали на часы, ожидая, когда истечет срок.

     А когда он истек, Даттон и я испытали еще одно потрясение, потому что Поллард изменился снова. Но теперь происшедшая с ним метаморфоза вовсе не походила на первое чудесное превращение. Не было больше божественной фигуры и прекрасного лица. Тело доктора стало худым и сморщенным, как костюм не вешалке. Кости, оттягивая посиневшую кожу, торчали во все стороны. Рост уменьшился на добрую пару футов, вес - примерно наполовину. Зато голова стала больше чуть не в два раза и превратилась в громадный шар восемнадцати дюймов в диаметре. Она была почти лысой и безвольно болталась на худосочной шее. Глаза стали больше, а рот сузился. Уши усохли. Теперь лицо, казалось, состояло из одного лба. Голос Полларда - если это все еще был Поллард - звучал слабо и пискляво.

     - На этот раз я вас, кажется, потряс! - довольно пищал он. - Что ж, вполне понятно. Вы видите перед собой человека, опережающего вас в развитии на сто миллионов лет. Признаюсь, на меня вы производите такое впечатление, какое на вас - дикие пещерные люди, покрытые волосами!

     - Но ведь это ужасно, Поллард! - закричал Дат-тон. - Вам надо было хотя бы остановиться на первой стадии!

     - На первой? Нет, я рад, что не сделал этого. Да пятнадцать минут назад я был полуживотным1

     - Вы говорите так потому, что, изменяясь, вы отказываетесь от всех человеческих эмоций! - воскликнул я. - Поллард, опомнитесь! Понимаете ли вы, что творите? Вы утрачиваете все человеческое!

     - Возможно. Но это доказывает лишь то, что через сто миллионов лет человек будет развиваться чисто интеллектуально, не заботясь об эволюции тела. Вам - двум существам из глухого прошлого - такое положение кажется ужасным, но для меня оно вполне естественно. Включайте лучи!

     - Не вздумайте, Артур! - завопил Даттон. - Это безумие перешло всякие границы!

     Огромные глаза Полларда окинули нас взглядом, полным холодного презрения.

     - Вы включите лучи, - пискливо сказал он. - В противном случае я вас в течение секунды уничтожу и буду продолжать сам.

     - Вы смогли бы нас убить? - в ужасе закричал я. - Нас, ваших лучших друзей?! Его узкий рот вытянулся в подобие усмешки. - Друзей? - переспросил он. - Нет... Я на миллионы лет перерос такую нелепость, как дружба. Единственная эмоция, которую вы способны вызвать во мне, - гадливость. Примитивные, тупые создания. Включите лучи!

     Его глаза вспыхнули каким-то странным огнем, и я безропотно повиновался. Снова засветился куб, лучи скрыли Полларда от наших глаз. О чем мы думали в эти пятнадцать минут, сказать затрудняюсь, потому что и Даттон, и я были почти парализованы ужасом происходящего. Но я хорошо помню тот момент, когда лучи опять были выключены, и мы увидели нового Полларда.

     Он весь превратился в громадную голову! Держалась она на тонких ножках, а там, где у нормальных людей находится шея, торчали две хрупкие ручки. Глаза стали еще огромней, а рот и нос трансформировались в дырочки под ними!

     Мы испуганно отшатнулись, когда Поллард выбрался из куба на своих ногах-спичках и заговорил. Его едва слышный голосок донес до нас нотки гордого самодовольства.

     - Ну, видите, чем я стал? Вам я кажусь страшным, в этом нет никакого сомнения. Но вы сами, оказывается, просто-напросто черви! С моим мозгом мне ничего не стоит стать властелином этой населенной инфузориями Планеты! Я превращу ее в свою лабораторию, а вы будете подопытными животными!

     - Но Поллард! - закричал я. - Вспомните, зачем вы начали этот опыт! Вы хотели узнать тропу будущей эволюции, а вовсе не управлять человечеством! Выражение огромных глаз монстра не изменилось. - Я помню, что создание по имени Поллард, которым я был до сегодняшнего вечера, вынашивало подобного рода планы, но я... Я - совсем другое. - С этими словами он уселся в одно из кресел перед рядом реторт и колб, взял несколько пузырьков, смешал их содержимое и показал нам. В пробирке лежал увесистый кусок чистого золота!

     - Видите? - спросила фигура в кресле. - Трансформация элементов для такого мозга, как мой, - детские шалости. Вы двое даже не представляете себе, насколько я велик! Сидя в этой комнате, я способен уничтожить всю жизнь на планете, если захочу. Я могу сконструировать телескоп, который покажет мне как на ладони другие галактики. Я способен вступить в контакт с любыми цивилизациями! А вы утверждаете, что такой правитель не нужен вашему миру! Да я и не собираюсь им управлять. Я буду владеть им, как вы владеете фермами и скотом!

     - Это невозможно! - закричал я. - Поллард, оставьте эти мысли. Мы сами убьем вас, если вы не пожелаете остановиться!

     - Убьем, убьем, убьем! - повторил Даттон в каком-то жутком трансе, и мы рванулись вперед, намереваясь привести в исполнение нашу угрозу, но тут же почувствовали страшную слабость и остановились, не в силах ступить и шагу.

     - Вы вознамерились прикончить меня? - с издевкой пропищала голова. - Я могу приказать вам разделаться друг с другом, если хотите поразмяться. Но со мной вам не совладать. Со мной никому не совладать. Я способен превратить все население этой дурацкой планеты в дрессированных щенков! Внезапная идея осенила меня.

     - Поллард, - воскликнул я, - вы собирались продолжать опыт, не так ли? Теперь вы вздумали владеть миром, но ведь вам хотелось выяснить, что будет с человеком дальше, правда? Как же вы это узнаете, если остановитесь на теперешней стадии? Поллард, казалось, на секунду задумался. - А ведь верно, - сказал он. - И хотя я не думаю, что могу достичь еще большего интеллектуального величия, попробовать нужно...

     - И вы опять станете под поток лучей? - быстро спросил я.

     - Да, - был ответ, - но если у вас возникли какие-то дурацкие идейки, то знайте, что даже внутри куба я способен убить вас обоих прежде, чем вы успеете мне насолить.

     Он снова вошел в камеру, и я включил аппарат. Даттон дрожал крупной дрожью.

     Минуты этого цикла опыта казались нам вечностью. Когда я выключил наконец лучи, то чувствовал себя постаревшим на добрую сотню лет. Трясясь, мы заглянули в камеру. С первого взгляда голова внутри нее не изменилась, но потом мы присмотрелись получше, и оказалось, что нос, рот и уши исчезли совсем, а глаза стали такими маленькими, как у нас. Кожи не было, была только голова - серая, дрожащая, поддерживаемая двумя мускулистыми щупальцами.

     - О боже мой! - простонал Даттон. - Да он превратился в голый мозг!

     И в тот же миг до нашего сознания долетела мысль, посланная серым мозгом. Настолько отчетливая, что казалась высказанной вслух: "Вот теперь тело уже почти полностью атрофировалось. Я стал мозгом, таким, в какие превратятся все люди через двести миллионов лет. Не бойтесь того, чем я пугал вас на прошлой стадии опыта. Теперь я уже не хочу управлять людьми и вашей планетой, как вы не пожелали бы стать директорами муравейника!"

     - Господи, Поллард! - воскликнул я. - Да что вы теперь такое?

     - Поллард?! - истерически закричал Даттон. - Вы называете это Поллардом? Но ведь всего три часа назад мы обедали вместе с Поллардом, и он был человеком, а не кровавой поганью вроде этой твари!

     "Я стал тем, чем в свое время станут все, - мысленной волной ответил Поллард. - Я прошел великий путь эволюции и собираюсь добраться до его конца, до самой последней мутации. Ну-ка включите опять лучи! Кажется, я недалек от цели".

     Я повиновался, и внезапно Даттон, стоявший рядом со мной, истерически захохотал. Он смеялся и плакал как ребенок все пятнадцать минут, в продолжение которых я, дрожа от страха, лишь огромным усилием воли сохранял видимость спокойствия.

     Наконец лучи были выключены, и мы снова увидели

     гигантский мозг, достигавший примерно четырех футов в диаметре. Он трясся, как желе, и это было единственным признаком того, что перед нами нечто живое. От мозга несся поток гулом отдававшихся в наших головах мыслей.

     "Случилось то, чего я ожидал, - думал перевоплотившийся Поллард. - Тело атрофировалось полностью, и развился мозг! Я не испытываю никаких чувств и ощущений, но я имею представление о таких формах и сферах бытия, какие вам с вашими примитивными мозгами и не снились! Я способен двигаться и действовать, несмотря на отсутствие конечностей, я могу перемещаться в пространстве с невиданной скоростью и питаться энергией, которую сам же генерирую.

     Две стадии назад я угрожал вам и всему человечеству. Забудьте об этом. Я не испытываю эмоций, мне чужды амбиция и самодовольство. Единственное чувство, которое еще находит место в моем мозгу, - интеллектуальное любопытство и желание познать истину. Таким образом, я сохранил лишь то, с чего началось становление разумного человека на Земле. И эти чувства оказались самыми живучими, коль они бурлят во мне до конца!"

     - Неужели все люди когда-нибудь станут такими же? - спросил я.

     "Да. Через двести пятьдесят миллионов лет не будет человека в вашем понимании. Люди разовьются в то, что вы видите перед собой, и заселят не только Солнечную систему, но и системы многих других звезд".

     - И это конец эволюции? Высшая точка развития?

     "Нет. Будут существовать еще более высокие формы, и мой великий мозг желает знать, каковы они. Мне кажется, это будет последняя мутация, которая приведет население Земли к концу эволюционного процесса. Сейчас вы снова включите аппарат, и мы увидим венец творения природы в его конечной модификации!"

     Я уже схватился за рычаг, когда Даттон, повиснув на моей руке, закричал:

     - Не надо, Артур! Не надо! Хватит с нас ужасов! Давайте убираться отсюда!

     - Не могу, - воскликнул я в ответ. - Не могу, Хью! О боже, я так хочу остановиться, но это выше моих сил! Я не в состоянии побороть желания самому увидеть конец! Я должен, должен!

     И с этими словами я перевел, рычаг. Казалось, способность двигаться больше не была свойственна нам. Прижавшись ко мне, Даттон скулил и брызгал слюной, а я словно окаменел и только глядел, не отрываясь, на свои часы.

     Наконец пятнадцать минут прошли, и я, выключив аппарат, бросился к кубу. Огромный серый мозг исчез, а вместо него на полу камеры растеклась прозрачная киселеобразная масса. Она была неподвижна, только слегка вибрировала. Дрожащей рукой я коснулся ее и отпрянул, а в следующее мгновение я завопил. Завопил так, как не вопят под самой страшной из пыток преисподней. Масса в камере была простейшей протоплазмой. Так вот каков подлинный конец человеческой эволюции. Вот высшая форма развития! Значит, эволюция человека идет по спирали, возвращаясь к своим первоистокам? Значит, все опять вернется к протоплазме?!

     Я не помню, что было дальше. Кажется, я бросился к этой массе, отчаянно зовя Полларда по имени и выкрикивая слова, забыть которые для меня большое счастье. Кажется, Даттон безумно хохотал и тоже издавал какие-то нечленораздельные восклицания. А потом я услышал звон бьющегося стекла и злобное шипение вырывавшихся из баллонов газов. Я чувствовал едкий запах разлившихся кислот, а в самом конце увидел ослепительную вспышку и услыхал взрыв.

     Наверное, я тоже сошел бы с ума, не начнись пожар. Придя в себя, я потащил окровавленного, воющего и хохочущего Даттона к двери и выволок его из охваченного пламенем дома. Мы упали в мокрую росистую траву, и я тупо глядел на взмывавшие в небо огненные смерчи, а Даттон бился рядом в траве и дико хохотал. И я не знал, что ему суждено хохотать до конца дней.

     Я рассказал эту историю с единственной целью - разделить с людьми переполняющий мою душу ужас и избавиться от глубокой депрессии, в которую повергло меня все случившееся.

    

... ... ...
Продолжение "Эволюция доктора Полларда" Вы можете прочитать здесь

Читать целиком
Все темы
Добавьте мнение в форум 
 
 
Прочитаные 
 Эволюция доктора Полларда
показать все


Анекдот 
Работаю системным администратором. Обслуживаю несколько организаций, и вот звонят недавно из одной, и говорят, что что-то случилось, сервер не доступен? сеть не работает и. т. д. Приезжаю, действительно, сгорел блок питания, и так хитро сгорел, что из него слышится пощелкивание. Спрашиваю у девушки, которая мне звонила:
- Что ж вы не сказали, что компьютер так щелкает? На что девушка ответила:
- Так это же часы у BIOS`a тикают......
показать все
    Профессиональная разработка и поддержка сайтов Rambler's Top100