Вход    
Логин 
Пароль 
Регистрация  
 
Блоги   
Демотиваторы 
Картинки, приколы 
Книги   
Проза и поэзия 
Старинные 
Приключения 
Фантастика 
История 
Детективы 
Культура 
Научные 
Анекдоты   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Персонажи
Новые русские
Студенты
Компьютерные
Вовочка, про школу
Семейные
Армия, милиция, ГАИ
Остальные
Истории   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Авто
Армия
Врачи и больные
Дети
Женщины
Животные
Национальности
Отношения
Притчи
Работа
Разное
Семья
Студенты
Стихи   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Иронические
Непристойные
Афоризмы   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рефераты   
Безопасность жизнедеятельности 
Биографии 
Биология и химия 
География 
Иностранный язык 
Информатика и программирование 
История 
История техники 
Краткое содержание произведений 
Культура и искусство 
Литература  
Математика 
Медицина и здоровье 
Менеджмент и маркетинг 
Москвоведение 
Музыка 
Наука и техника 
Новейшая история 
Промышленность 
Психология и педагогика 
Реклама 
Религия и мифология 
Сексология 
СМИ 
Физкультура и спорт 
Философия 
Экология 
Экономика 
Юриспруденция 
Языкознание 
Другое 
Новости   
Новости культуры 
 
Рассылка   
e-mail 
Рассылка 'Лучшие анекдоты и афоризмы от IPages'
Главная Поиск Форум

Дуэль с пушкинистами - - Стотринадцатая любовь поэта

Проза и поэзия >> Русская современная проза >> См. также >> Дружников, Юрий >> Дуэль с пушкинистами
Хороший Средний Плохой    Скачать в архиве Скачать 
Читать целиком
Юрий Дружников. Стотринадцатая любовь поэта

---------------------------------------------------------------

Источник: Дуэль с пушкинистами. Хронограф. М., 2001.

Copyright: Yuri Druzhnikov.

---------------------------------------------------------------

Мещанская трагедия обретала величие мифа.

Марина Цветаева.



     Число писательских жен значительно превышает число писателей -- феномен, который требует особых размышлений. При этом ни одной из них в нашем отечестве, да, пожалуй, и во всей мировой литературе не придавалось такого значения и не создавалось такой популярности, как Наталье Николаевне Гончаровой-Пушкиной-Ланской.

     Ни жены царей, ни жены советских вождей не были столь популярны. Пушкиной посвящена обширная литература и иконография. Единственная из жен писателей, она удостоилась чести попасть на почтовую марку. И -- ни о какой другой жене не высказано столько противоречивых суждений.

     "Natalie (qui par parenthese est mon cent-treizieme amour)" -- Натали (это, замечу в скобках, моя стотринадцатая любовь) -- написал Пушкин по-французски жене друга Вере Вяземской о своей невесте и тем озадачил несколько поколений пушкинистов и читателей, по сей день разделенных на два враждебных лагеря: первородных оптимистов и мрачных скептиков. Последние обвиняют первых в идеализации жизни поэта и превращении его самого и его жены в иконы. Первородные оптимисты обвиняют мрачных скептиков в неуважении святынь русской культуры и оскорблении чести великого поэта и его жены. Автор заметок, предлагаемых вашему вниманию, стоит над схваткой. Перед вами третья точка зрения: не идеализировать и не разоблачать, а взглянуть на события начала ХIХ века глазами жителя третьего тысячелетия.

     Как известно, весной или осенью 1829 года Пушкин занялся любовной бухгалтерией. Сперва играючи вписывает в альбом Ушаковым так называемый Донжуанский список из шестнадцати женщин, заканчивающийся Натальей, а затем продолжает его, занеся еще двадцать одну возлюбленную; итого в двух списках оказывается тридцать семь имен.

     "Донжуанским" этот перечень впервые назвал сын Елизаветы Ушаковой Павел Киселев. М.Л.Гофман считал первый список платоническим, второй телесным. По мнению П.К.Губера, во втором "упомянуты героини более легких и поверхностных увлечений".

     Разумеется, составление списка в присутствии двух славных созданий, одну из которых, Екатерину, он примеривал в качестве невесты, было некоей разновидностью флирта. "Считать, что П в такой форме изливал перед барышнями тайны своей души (которые у него, как у всякого человека, конечно, были), -- убедительно полагал Ю.М.Лотман, -- значит слишком невысоко ставить его культуру чувства". Возможно, учет, проведенный Пушкиным, хотя и в шутку, облегчал его метания в поисках невесты.

     Пересчитывая своих возлюбленных не в гостях, а дома -- на пальцах, на счетах или на бумаге, Пушкин увеличил их число более чем втрое, и у нас нет оснований ему не доверять. В письме от 28 апреля 1830 года он и сообщил в письме Вере Вяземской, что Натали его сто тринадцатая любовь. В Донжуанском списке есть Вера и, скорей всего, это именно Вера Вяземская. Но она была женой одного из ближайших друзей, и эту старую одесскую историю лучше было бы не упоминать.

     Своими похождениями Пушкин любил хвастаться перед женщинами. А вообще-то и перед приятелями тоже. Но в список он не включил многие имена. Может, те, что забыл? Или те, что легко разгадывались? Или имена, которые были "в действии" в тот момент? Если так, то почему записал Гончарову?

     Сто тринадцать -- не так уж много при пушкинском образе жизни. Конечно, у пушкинистов было бы значительно больше работы, оставь Пушкин полный список, а не треть его. Если разделить число 113 на семнадцать лет -- от первой влюбленности четырнадцатилетнего подростка в крепостную актрису Наталью в 1813 году до Натальи Гончаровой, то окажется, что в среднем у Пушкина было шесть с половиной женщин в год -- неправдоподобно мало в его случае. Думается, реальная цифра значительно выше, особенно если сравнить с одним из ближайших друзей Пушкина Соболевским, который утверждал, что имел 500. При этом вне учета остаются легкодоступные женщины, которым вообще нет числа.

     По словам Нащокина, Пушкин имел чувственное влечение даже к императрице. Впрочем, и сам поэт в другой записи еще более расширяет любовное пространство: "Более или менее я был влюблен во всех хорошеньких женщин, которых знал". Слова Пушкина уточнил М.Л.Гофман: "Как поэт он считал долгом быть влюбленным во всех хорошеньких женщин и молодых девушек, с которыми он встречался". Работа невозвращенца Гофмана "Пушкин Дон Жуан", изданная в 1937 году в Париже, противопоставлялась ханжеским советским юбилейным книгам. В Москве того времени Пушкина делали образцовым семьянином, а в Париже -- Дон Жуаном.

     Согласно пушкинской амурной доктрине, в жизни нет ничего важнее любви. Целеустремленность, энергия и щедрость поэта в сексуальной области были эквивалентны его гению. Возможно, то была часть или другая сторона этой гениальности. "Из страстей Пушкина, -- писал Кениг, -- первая -- его чувственная и ревнивая любовь".

     Трудно найти другого писателя, у которого Женщина играла бы такую важную повседневную, или, лучше сказать, абсолютную роль -- днем и ночью, в безделье и за рабочим столом. Его героини целомудренно-скромны: Татьяна Ларина и Маша Миронова, -- а сам он всю жизнь любил распутных, легко доступных, до женитьбы и после, хотя для брака подыскивал нечто близкое своему литературному идеалу.

     Его теоретическая концепция Женщины как хранительницы домашнего очага весьма консервативна и при этом еще идеализирована. Любовь для поэта не просто выше всех других страстей, она священна. По меньшей мере до ее окончания. Стало быть, священна и Женщина, так как только она сосредоточивает в себе эту любовь и при благоприятных обстоятельствах награждает ею мужчину. Она чище, бескорыстнее в любви, нежели мужчина. Она может изменить путь жизни мужчины, пока он влюблен. В каждой женщине, даже вполне ординарной, Пушкин, если он увлечен, находит небесные черты, святость, божественность.

     Многим из женщин, в разное время принадлежавшим поэту, повезло: они заняли почетные места в истории русской литературы, хотя большинство из них ничем, кроме любовного контакта с Пушкиным, такой чести не заслужило. С юных лет сопутствует ему длинная вереница молоденьких Лаур, ветреных Лаис, которых он любит за "открытые желания", младых монашек Цитеры. Он любил парижскую проститутку Олю Массон, прибывшую на заработки в Петербург, Дориду, в объятьях которой он "негу пил душой", Фанни, ласки которой обещает вспоминать "у двери гроба", но которую забывает на следующий день. За ними следует Наташа, с которой он проводил время на травке, проститутка Наденька, полька Анжелика, продавщица билетов в бродячем зоосаду.

     Другая его страсть: женщины, которые на пятнадцать-двадцать лет старше него. Последние -- особый список, включающий Голицыну, Карамзину, Осипову, Хитрово, ту же Собаньскую. Страсть поэта к женщинам в возрасте -- особая тема, скажем только, что их опыт, мудрость, вкусы, чувствительность повлияли на его мироощущение. Затем возникают несколько невест, не ставших его женами. Многие из возлюбленных так или иначе делили с поэтом радости и несчастья судьбы до конца его дней. Некоторые входили во второй или третий любовный круг уже и с женатым поэтом.

     Немало остается загадочного, несмотря на полуторастолетние тщательные попытки исследовать каждый любовный порыв поэта. Тем более важен совершенно бесспорный факт, противоречащий тезису, с которого мы начали разговор: в отличие от многих других русских писателей жена у широкомасштабного многолюба Пушкина была одна.


     Поляризация мнений


     Миф о Пушкине как официальном государственном поэте в"--1 принижает реальное значение крупнейшего русского поэта. Это особая тема, которая только начинает разрабатываться, сперва, в основном, на Западе, а следом и российскими пушкинистами. "Литературная газета" -- и это можно читать с иронией -- назвала Пушкина "Генсеком русской литературы". Сосредоточимся здесь на части этого мифа, на "подмифе" о жене государственного поэта. Поэт стал иконой, и создан официальный портрет его жены. Поэт превращен в идола, и Н.Н.Пушкина тоже. Жена, а затем вдова поэта остается первой леди российской словесности, да что там, женой в"--1 всей русской цивилизации.

     Пушкин был жив, когда появились первые критические отзывы о его жене; критика усилилась после его смерти. Новый всплеск негативизма был в 1878 году, когда наследница передала Ивану Тургеневу письма Пушкина. Первые десятилетия нашего века дали много материала для спокойного, взвешенного анализа Натальи Николаевны. Затем, с конца тридцатых годов, начинается политизация, или, точнее, сталинизация пушкинистики. Ревизии подверглась в позднее советское время и литература о Пушкиной, причем спорное, не укладывающееся в официальную концепцию, не переиздавалось, исчезло из музейных экспозиций, лицемерный пуританизм наложил на исследования свой отпечаток.

     На оценке г-жи Пушкиной отразилось вульгарное однопартийное мышление, причем большие заслуги нескольких предыдущих поколений пушкинистов игнорировались. В книге, ей посвященной, читаем, что, оказывается, все было проще, чем мы думали: "При свете марксистского понимания социально-политических отношений, вполне ясно, что не будь эпизода с ухаживанием Дантеса за Натальей Николаевной, драма все равно должна была бы разразиться с минуты на минуту, так как налицо были все социальные предпосылки ее".

     Политизация биографии пушкинской жены стала явной в сороковые годы, когда в пушкинистике начала использоваться терминология и методы НКВД. "Агентура правительства проникала всюду, -- писал В.В.Ермилов, -- она проникла в семью Гончаровых. Используя светское легкомыслие Натальи Николаевны, придворная камарилья сделала из жены поэта свое орудие... Создав таким образом почву для своих дальнейших действий, придворная камарилья подослала к Наталье Николаевне своего агента, космополитического проходимца без роду и племени, француза по происхождению, ставшего голландцем по подданству...".

     Советская мифология достигла максимума в последние два десятилетия перед коллапсом системы. Сегодня, несмотря на крушение официальных догматов, мифологические тенденции остаются, а сторонники разных точек зрения пребывают в перманентной борьбе. Разные Натальи Николаевны сосуществуют в пушкинистике, но не ясна реальная, историческая. Сблизить позиции весьма сложно, настолько они разошлись. Налицо избыток фактов и недостаток научного, независимого от внешних причин, их осмысления.


     Парадоксы сватовства


     Вяземский долго не верит слухам о сватовстве Пушкина и возмущенно пишет жене: "Ты меня мистифицируешь заодно с Пушкиным, рассказывая о порывах законной любви его. Неужели он в самом деле замышляет жениться, но в таком случае, как же может он дурачиться? Можно поддразнивать женщину, за которою волочишься, прикидываясь в любви к другой, а на досаде ее основать надежды победы, но как же думать, что невеста пойдет, что мать отдаст дочь свою замуж ветренику или фату, который утешается в горе".

     Ахматова пересказывает эти слова Вяземского проще: "Как можно, любя одну женщину, свататься к другой". И прибавляет: "Княгиня Вера, вероятно, должна была понять, кого подразумевает ее муж под первой женщиной. Но мы очень далеки от этого понимания". Вряд ли, однако, эта первая женщина какая-либо иная, нежели Каролина Собаньская, и почему Ахматова ее не вычислила -- загадка.

     Пушкин мечется по ярмарке невест в Петербурге и Москве, особенно часто общается с сестрами Ушаковыми. В этом доме, литературном и музыкальном, в котором он бывает в 1830 году по три раза на день, поэт -- предмет поклонения. Он веселится, сочиняет экспромты и влюблен в старшую дочь Екатерину, которая отвечает ему взаимностью. При этом известный публичный дом Софьи Астафьевны Пушкин посещает и после Лицея, и во время сватовства, и после женитьбы.

     Наталья Гончарова мгновенно остановила на себе внимание Пушкина, показавшись ему абсолютным совершенством. Поэт забыл, как еще недавно писал о своей однофамилице Софье Пушкиной, на которой решил вдруг жениться: "прекраснее быть невозможно".

     Девочка Гончарова блистала на своих первых балах. Бутон только-только начал превращаться в цветок. Вересаев говорит, что "она Пушкина еще не читала", но у нас слишком мало свидетельств, что она и потом что-либо читала. Знаем мы, что один раз она написала брату, как из "Иностранного обозрения" узнала про недостатки строения головы. Как полагает Вересаев, она вообще "всю жизнь была к поэзии совершенно равнодушна. И какое могло быть духовное общение между Пушкиным и малообразованной шестнадцатилетней девочкой, обученной только танцам и уменью болтать по-французски?". Средний уровень барышень круга, в котором общался поэт, в обеих столицах был значительно выше.

     Сватовство поэта к Наталье Гончаровой идет на фоне бурных отношений с Каролиной Собаньской. Пушкин называл ее демоном, но, кажется, никого он так страстно не любил, как ее. Кое-кто из пушкинских приятелей знал, что она писала тайные доносы. Например, Филипп Вигель говорил, что под ее щеголеватыми формами скрывались мерзости. Пушкин же не ведал о ее тайной жизни и писал, что его душа -- боязливая рабыня ее души.

     4 марта 1830 года поэт неожиданно расстается с Собаньской в Петербурге и едет в Москву. 6 апреля он просит руки Гончаровой. Жест психологически понятный: от отчаяния в любви -- женитьба на альтернативном варианте, своего рода месть любовнице, которая не захотела продолжения отношений или отношений более серьезных.

     В день помолвки Пушкина с Натальей Николаевной в "Литературной газете" опубликовано его стихотворение "Что в имени тебе моем?", обращенное к Собаньской. Если бы невеста и ее круг прочитали стихи и знали, кому они адресованы, помолвка не состоялась бы. Через два месяца после помолвки Пушкин, оставив невесту, снова мчит в Петербург якобы по делам, а в действительности -- к Собаньской.

     Весь процесс перехода поэта в женатое состояние достаточно хорошо известен по многим источникам. Перечитывать эти тексты сегодня и грустно, и смешно. Видно, как для Пушкина тяжело и нелепо преодоление материала: равнодушие невесты, неприязнь матери, внутреннее противление собственных родных, друзей и самого себя, наконец, ирония его бывших и нынешних подруг. Вопреки логике и рассудку, жизненному опыту и советам близких умнейший человек России рвался заполучить в жены красивую куклу.

     Как все-таки выглядела последняя невеста, ставшая женой Пушкина? Лишь один портрет, сделанный Александром Брюлловым, братом знаменитого живописца, относится ко времени их брака. Первый дагерротип и фотографии сделаны уже после смерти Пушкина, во втором браке, когда ей под сорок.

     Проницательный человек Долли Фикельмон отмечает в дневнике, что "невозможно быть прекраснее, ни иметь более поэтическую внешность, а между тем у нее немного ума и даже, кажется, мало воображения". И там же горькие слова о Пушкине: "Что до него, то он перестает быть поэтом в ее присутствии". Ревность? Может быть. Но столетие спустя Сергей Булгаков комментирует: "Красота была только красивостью, формой без содержания, обманным осиянием".

     И все же выражение "гений чистой красоты", которое поэт заимствовал, как известно, у Жуковского и подарил другой женщине, возможно, больше подошло бы к жене. Впрочем, Пушкин говорил Павлу Вяземскому, что и знаменитая "Мадонна" посвящена была сперва другой женщине.

     Немного стихов написал он для жены. Будь Гончарова чуть старше, держали бы ее дома чуть менее строго, дав возможность Пушкину пообщаться с ней накоротке, -- возможно, она наскучила б ему быстрее многих предыдущих его женщин. Неведение присовокупляло к красоте ореол загадочности. Опытный Пушкин купился и вел себя, как подросток, влюбившийся в первый раз. Неужели же он просто притворялся, что так наивен?

     За три года до этого, порываясь жениться, он весьма трезво оценивал себя и свою другую, несостоявшуюся невесту как нечто несовместимое. "Жизнь моя, доселе такая кочевая, такая бурная, характер мой -- неровный, ревнивый, подозрительный, резкий и слабый одновременно -- вот что иногда наводит на меня тягостные раздумья, -- писал он по-французски, едва выбравшись из перевернутых саней, помятый, лежа на чужой кровати и тяжело дыша, приятелю В.П.Зубкову 1 декабря 26 года. -- Следует ли мне связать с судьбой столь печальной, с таким несчастным характером -- судьбу существа, такого нежного, такого прекрасного?". Тогда речь шла о Софье Пушкиной.

     Так или иначе, но сто двенадцать уроков, преподанных ему другими женщинами, не помогли. Похоже, он добивался этой девушки потому, что поначалу она оказалась неприступной.


     Я нравлюсь юной красоте

     Бесстыдным бешенством желаний.


     А ему даже не удавалось остаться с невестой один на один, чтобы ошеломить ее этим своим могучим и неотразимым оружием. Запретный плод казался на расстоянии во сто крат слаще. Но как только он получил согласие, мы видим, как он начинает пятиться назад, мечась между данным словом и сомнениями в разумности всего предприятия в целом. Он пришел в восторг от божественной красоты, а женился на серой провинциалке. Он назвал ее мадонной, а хотел заполучить друга, жену и хозяйку. Но, как говорится в старом анекдоте, многоженство запрещено.

     Порой он уповал на обстоятельства, которые могли бы расстроить свадьбу, и рвался за границу. Впрочем, его опять не пустили. Как все глупо: русская литература, да что там, вся культурная история России оказалась заложницей вздорной и недалекой женщины, которая, сказав "да", стала тещей великого поэта. Но из песни слова не выкинешь.

     Через полтора года, добившись согласия своей будущей тещи, он отчетливо сознавал, что невеста его не любит: "...я могу надеяться со временем привязать ее к себе, но во мне нет ничего, что могло бы ей нравиться". Он сознавал, что она ему не пара, все, чем он живет, не представляет для нее интереса.

     Больше того, его собственная влюбленность в нее остыла, может быть, прошла: "Я хладнокровно взвесил выгоды и невыгоды состояния, мною избираемого, -- пишет он Кривцову 10 февраля 1831 года. -- ...Я женюсь без упоения, без ребяческого очарования. Будущность является мне не в розах, но в строгой наготе своей. Горести не удивят меня, они входят в мои домашние расчеты". Его поступки легко теперь считать глупыми, но трезвость ума в понимании предстоящего шага его не покидает.

     Цветаева с пристрастностью, будто Пушкин мог принадлежать ей самой, заявила, что имя Наталья Гончарова -- "злосчастное созвучие". Но при этом полагала, что Наталья в происшедшем не виновата. Пушкин хотел жениться и, опытный человек, знал, на что идет: на вечное равнодушие, безучастность, недалекость и эгоизм. "Он хотел нуль, ибо сам был все". Сказано красиво, но вряд ли "он хотел нуль"; поначалу, ослепленный влюбленностью, помноженной на давнее желание во что бы то ни стало жениться, он не знал, что она до такой степени "нуль".

     "Нуль" -- несправедливое, обидное, но с Цветаевой нельзя не согласиться, что Гончарова тоже потерпела поражение, а вовсе не выиграла после атаки Пушкина. Жизнь ее показала, что другим мужчинам она вполне подходила, соответствовала и была с ними счастливее, чем со своим первым мужем.

     С его мистическим предчувствием дурного Пушкин, однако, добровольно сам себя загнал в угол. А добившись победы, стал думать, как избежать свадьбы. Ему нужна была поддержка друзей -- "и теперь не совсем щастливому". "Судя по его физиономии, можно подумать, что он досадует на то, что ему не отказали, как он предполагал", -- пишет Озерова, встретившая Пушкина с Натальей Николаевной на представлении в Благородном собрании.

     В стихотворении "Поедем, я готов" он называет ее "надменной", "гордой" и "в гневе". Но можно ли было на надменной жениться? Пушкина спросили, сообщает Александр Булгаков брату: "...говорят, что вы женитесь?" -- "Конечно, -- ответил тот. -- И не думайте, что это будет последняя глупость, которую я совершу в своей жизни". Да и сам поэт в письме к Плетневу, кажется, уже жалеет, что дал слово: "Черт догадал меня бредить о щастии, как будто я для него создан. Должно было мне довольствоваться независимостью".

     Друг поэта Соболевский вспомнил, что из дома своей невесты на Большой Никитской Пушкин глядел на гробовую лавку, а потом написал "Гробовщика". Поэт рвется жениться, а хорошо ему, когда он один, без невесты: "Ты не можешь себе представить, как весело удрать от невесты, да и засесть стихи писать", -- пишет он Плетневу из Болдина.

     "Пушкин женится на Гончаровой, между нами сказать, на бездушной красавице, и мне сдается, что он бы с удовольствием заключил отступной трактат". Это сообщает приятель поэта Сергей Киселев под текстом письма Пушкина их общему знакомому Алексееву, так что почти наверняка Пушкин этот текст совместного дружеского письма перед отправкой прочитал и, как видим, ничего не возразил. В Болдине у Пушкина, пока он не может попасть к невесте, между прочим, протекает новый роман, разумеется, не серьезный и потому не в счет, с Февронией Виляновой, дочерью зажиточного крестьянина.

     Бартенев записал рассказ Нащокина: "...он хотел было совсем оставить женитьбу и ехать в Польшу единственно потому, что свадьба, по денежным обстоятельствам, не могла скоро состояться. Нащокин имел с ним горячий разговор по этому случаю в доме кн. Вяземского". Думается, слово "единственно" тут не надо понимать слишком буквально: причин было больше и ситуация запутанней.

     "Намереваясь отправиться в Польшу, -- записывает Бартенев, -- Пушкин все напевал другу Нащокину: "Не женись ты, добрый молодец, а на те деньги коня купи"". "В городе опять начали поговаривать, что Пушкина свадьба расходится, -- пишет Александр Булгаков брату. -- Нечего ждать хорошего, кажется; я думаю, что не для нее одной, но и для него лучше было бы, кабы свадьба разошлась". Впрочем, Л.Гроссман считал, что нежелание Пушкина жениться преувеличивалось, хотя доказательств не привел.

     По требованию тещи Пушкин вынужден спрашивать перед свадьбой о своей благонадежности того, кто тайно за ним следил. Можно представить ухмылку Бенкендорфа, когда он выдал такую "справку", дабы поэт предъявил теще. "К тебе собираюсь, -- сообщает Пушкин Вяземскому. -- Но по службе должен провести сегодняшний и завтрашний день в Москве у невесты". "По службе должен" -- шутка, конечно, а все же в ней проглядывает тяготящая его обязанность.

     Ему уже ясно, что с женитьбой счастья не прибавится. Еще недавно он писал своей соседке Осиповой: "В вопросе счастья я атеист; я не верю в него...". Или: "Я никогда не хлопотал о счастии: я мог обойтись без него. Теперь мне нужно его на двоих, а где мне взять его?". Но вот, женившись, через три месяца он докладывает Плетневу иначе: "Я женат и счастлив... Это состояние для меня так ново, что, кажется, я переродился".

     Если это действительно так, то похоже, он был счастлив за себя и за нее. И любил один за двоих. Он с самого начала это понимал, ведь еще раньше писал будущей теще: "...если она согласится отдать мне свою руку, я увижу в этом лишь доказательство спокойного безразличия ее сердца". И -- сочиняя ее любовь к себе, Пушкин вносил роковой, безальтернативный момент: "Мой ангел, ваша любовь -- единственная вещь на свете, которая мешает мне повеситься...".

     Накануне помолвки в письме к будущей теще он ясновидчески упомянул о возможности блестящего вдовства для Натальи Николаевны. И тогда же описал на трех страницах всю историю своего несчастного брака ("Участь моя решена. Я женюсь..."). "Женитьба была несчастье его, и все близкие друзья его сожалели, что он женился", -- рассказывал Николай Смирнов.

     Перед свадьбой, вспоминал поэт Языков, "у Пушкина был девишник, так сказать, или, лучше сказать, пьянство прощальное с холостой жизнью". Пушкин читал стихи о расставании с молодостью и покаянии в грехах. Эти стихи в попойке потерялись.


     Первый эксперимент в брачном бюро


     В наши рассуждения о невесте Пушкина необходимо ввести оговорку. Хотим мы того или нет, мы оцениваем Наталью Николаевну с позиций людей конца двадцатого века, навешивая на нее, Пушкина и их окружение наши представления, нравы, мораль. Другие поколения будут, возможно, смотреть иначе.

     В поисках независимого суждения мы решили помочь Пушкину в выборе невесты, или, другими словами, проверить правильность его выбора современным способом, для чего был установлен контакт в Сан-Франциско с брачным бюро, одним из солидных, имеющим опыт успешной работы в течение семнадцати лет.

     Работа этого брачного бюро, за исключением ввода данных, полностью запрограммирована, субъективный фактор сведен к минимуму, что и определило наш выбор именно этого учреждения. Не станем утомлять перечислением обширной базы данных, которые требуются для брачного бюро. Некоторые из них были для компьютера важными: например, рост (Наталья Гончарова и Софья Пушкина были значительно выше Александра Сергеевича), внешние данные, темперамент , etc.

     Оговоримся также, что, как и читатель, мы прекрасно представляем себе всю условность данного эксперимента. В качестве примера приводим часть введенных данных. Для устранения возможных ошибок четные числа в брачном бюро отведены женщинам, нечетные мужчинам.


     Поиск для регистрационного номера 0809457

     Фамилия: Пушкин

     Имя: Александр

     Возраст: 31 год

     Национальность: русский

     Расовое происхождение: смесь белого и африканца

     Внешность (определение по "фотографии" -- на вкус и опыт сотрудницы брачного бюро. А -- красив, В -- некрасив, С -- обычный): В -- некрасив.

     Образование: Царскосельский лицей

     Профессия: автор, поэт

     Должность (вместо предложенного "чиновник 10 класса, отстранен от службы" пришлось вписать понятное компьютеру): клерк, переводчик, в данное время безработный

     Материальные возможности (достаток-недостаток): недостаток денег

     Хобби: игра в карты, бильярд, рисование, путешествия, прогулки, баня, стрельба из пистолета


     Как известно, в течение четырех лет Пушкин остановил внимание на четырех кандидатурах в невесты: Софье Пушкиной, Анне Олениной, Екатерине Ушаковой и Наталье Гончаровой. Возраст каждой из них указан на дату сватовства.


     Кандидатура 0809460

     Фамилия: Пушкина

     Имя: Софья

     Возраст: 20 лет

     Национальность: русская

     Расовое происхождение: белая

     Внешность: А (красива)

     Образование: домашнее

     Профессия: нет

     Должность: не служит

     Материальные возможности: достаток

     Хобби: рукоделие, вышивка


     Кандидатура 0809458

     Фамилия: Оленина

     Имя: Анна

     Возраст: 20 лет

     Национальность: русская

     Расовое происхождение: белая

     Внешность: А (красива)

     Образование: домашнее, гуманитарные науки, в т.ч. языки

     Профессия: нет

     Должность: фрейлина (для компьютера -- служащая аппарата первой леди)

     Материальные возможности: достаток

     Хобби: чтение французских романов, поэзия, театр, общение


     Кандидатура 0809462

     Фамилия: Ушакова

     Имя: Екатерина

     Возраст: 17 лет

     Национальность: русская

     Расовое происхождение: белая

     Внешность: А (красива)

     Образование: домашнее, гуманитарное

     Профессия: нет

     Должность: не служит

     Материальные возможности: достаток

     Хобби: театр, чтение, литературные занятия, поэзия, рисование, переписка и общение с друзьями


     Кандидатура 0809456

     Фамилия: Гончарова

     Имя: Наталья

     Возраст: 17 лет

     Национальность: русская

     Расовое происхождение: белая

     Внешность: А (красива)

     Образование: домашнее (французский язык, танцы)

     Профессия: нет

     Должность: не служит

     Материальные возможности: недостаток денег

     Хобби: верховая езда, вышивка крестиком


     Компьютер прервал анализ данных и потребовал уточнения, не является ли Софья Пушкина родственницей, чтобы предупредить возможность кровосмесительства. Она не являлась, и это было введено в программу.

    

... ... ...
Продолжение "Стотринадцатая любовь поэта" Вы можете прочитать здесь

Читать целиком
Все темы
Добавьте мнение в форум 
 
 
Прочитаные 
 Стотринадцатая любовь поэта
показать все


Анекдот 
Офицер обращается к новобранцу из строя: - Как фамилия?

- Украинец

- Я тебя спрашиваю, как фамилия твоя!!!

- Украинец.

- Да фамилия, ты понимаешь по-русски или нет???!!!

- Да Украинец моя фамилия!
Офицер (подозрительно) - Тааак... национальность?

- Белорус.

- Ты что гад издеваешься?!!!!!!!!
показать все
    Профессиональная разработка и поддержка сайтов Rambler's Top100