Вход    
Логин 
Пароль 
Регистрация  
 
Блоги   
Демотиваторы 
Картинки, приколы 
Книги   
Проза и поэзия 
Старинные 
Приключения 
Фантастика 
История 
Детективы 
Культура 
Научные 
Анекдоты   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Персонажи
Новые русские
Студенты
Компьютерные
Вовочка, про школу
Семейные
Армия, милиция, ГАИ
Остальные
Истории   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Авто
Армия
Врачи и больные
Дети
Женщины
Животные
Национальности
Отношения
Притчи
Работа
Разное
Семья
Студенты
Стихи   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Иронические
Непристойные
Афоризмы   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рефераты   
Безопасность жизнедеятельности 
Биографии 
Биология и химия 
География 
Иностранный язык 
Информатика и программирование 
История 
История техники 
Краткое содержание произведений 
Культура и искусство 
Литература  
Математика 
Медицина и здоровье 
Менеджмент и маркетинг 
Москвоведение 
Музыка 
Наука и техника 
Новейшая история 
Промышленность 
Психология и педагогика 
Реклама 
Религия и мифология 
Сексология 
СМИ 
Физкультура и спорт 
Философия 
Экология 
Экономика 
Юриспруденция 
Языкознание 
Другое 
Новости   
Новости культуры 
 
Рассылка   
e-mail 
Рассылка 'Лучшие анекдоты и афоризмы от IPages'
Главная Поиск Форум

Дмитрий Громов (без Ладыженского) - Ладыженского - Он не вернется

Фантастика >> Советская фантастика >> Авторы >> Олди, Генри Лайон >> Дмитрий Громов (без Ладыженского)
Хороший Средний Плохой    Скачать в архиве Скачать 
Читать целиком
Дмитрий Громов. Он не вернется

--------------------

Дмитрий Громов. Он не вернется.

Любая публикация или какое бы то ни было другое

коммерческое использование данного произведения возможно только

с письменного согласия авторов.

© Copyright (с) Дмитрий Громов

E-Mail: f_oldie@guru.cit-ua.net

http://www.sf.amc.ru/oldie/

http://www.fantasy.ru/oldie/

http://www.vostok.net/win/blin/fuhe_3.html

========================================

HarryFan SF&F Laboratory: FIDO 2:463/2.5

--------------------



     ...Опрокинутая чаша Дорана-3 заняла весь экран. Внизу, за прерывистым покровом желтых облаков, уже можно было различить очертания материков и крупных островов. Наш челнок шел на снижение. Он должен опуститься в пустыне, милях в тридцати от города, чтобы не было свидетелей. Челнок высадит меня и снова уйдет к базовому звездолету, на орбиту. Там будут ждать сигнала. Я подам его, когда выполню задание.

     Перегрузки нарастали. Меня вдавило в кресло. Кожа растеклась по лицу, по рукам, я словно сплющивался - хорошо, что мне не привыкать, другой бы на моем месте не выдержал. Но у меня это уже восьмая планета. И там, внизу - Крэй. Единственный, кто смог добраться до Абсолютного Исполнителя. И после этого Крэй исчез. То есть, не совсем исчез. Его индикатор работает, и работает в режиме "СОС". На звездолете все время держат пеленг, да и у меня в браслете - встроенный пеленгатор. Я должен найти его и вытащить. На Альтанге хотят знать все, что узнал Крэй. Но это для Центра. А для меня - для меня Крэй просто друг. Мы вместе замерзали на Сонтре, вместе отбивались от туземцев на Моранге-2, на Ингре он три дня тащил меня на себе, когда мне прострелили обе ноги, а на Киоте я шел ему на выручку, когда он один отбивался от целой банды фанатиков, узнавших, кто он такой. Помню, тогда пришлось поработать излучателем - они стояли до последнего.

     И вот теперь меня послали выручать Крэя. И я его найду и вытащу, чего бы это мне ни стоило. Плевал я на то, что он узнал, и на Центр тоже - мне нужен Крэй, мой друг Крэй.

     Экран затянула мутная пелена облаков. Через несколько минут сядем. Экран резко светлеет. Внизу, совсем близко, видно скалистое плато, наполовину засыпанное грязно-желтым песком. Это место посадки - мы вышли точно в заданный район.

     На мгновение мы зависаем над плато. Штурман осторожно поворачивает ручку гравикомпенсатора, и наш челнок аккуратно опускается - ни шума, ни грохота, ни даже толчка - штурман знает свое дело. Несколько секунд мы молча сидим на своих местах. Потом я начинаю отстегиваться. Тяжесть здесь умеренная, чуть меньше, чем на Альтанге. Это хорошо - я люблю планеты с пониженной гравитацией.

     И вот я стою у выходного люка.

     - Счастливо вернуться.

     - Пока, ребята. Ждите сигнала.

     Я спрыгиваю на землю, и люк за мной мягко захлопывается. Все, начинается работа.

     Песок здесь твердый, слежавшийся. Идти по нему достаточно удобно. Я засекаю направление по пеленгатору и, не оглядываясь, двигаюсь туда, куда указывает красная стрелка. Размеренный, не слишком быстрый, но и не слишком медленный шаг. Через шесть часов я должен быть в городе.

     Не выдерживаю и все же оглядываюсь. Грязно-желтый, под цвет местности, диск челнока мягко отрывается от земли, на секунду зависает в воздухе и стремительно уходит вверх. Снизу диск серо-голубой, и он почти сразу сливается с небом. Все. Я остался один.


     Я открыл глаза. Звенел будильник; за окном сонно булькали голуби. Было семь часов утра. Теплое майское солнце било прямо в глаза. Пора было вставать.

     Опять эти сны. Это началось около года назад. Четкие, логичные сны, как хорошие цветные фильмы. Там меня звали Влад, и я был косморазведчиком с планеты Альтанг. Передо мной по очереди проходили все планеты, на которых я побывал - я не только видел их, но и слышал грохот выстрелов, чувствовал пьянящий запах огромных цветов в джунглях Ингры и смрад горелого мяса на Киоте, у меня болели простреленные ноги, я ощущал вкус крови, когда, закусив губу, вытаскивал раненого Крэя из-под огня. Прямо хоть садись и пиши книгу - сюжет готов.

     Это было тем более странно, что я не любил фантастику и почти не читал ее. Откуда тогда такие "космические" сны? И сны четкие, словно я все это действительно видел.

     Я дважды ходил к невропатологу, один раз к психиатру, но ни тот, ни другой ничего у меня не нашли. Я был здоров. Я хорошо помнил всю свою жизнь - родной дом в Симферополе, учебу в школе, институт и все пять лет работы в Институте Катализа - ничего необычного со мной никогда не происходило, психическими расстройствами я не страдал, и вдруг год назад начались эти сны. Хотя, с другой стороны, даже интересно - вроде бесплатного кино, но еще лучше - с максимальным "эффектом присутствия".

     Подобные мысли овладевали мной всякий раз после очередного сна, а сны в последнее время участились - я видел их почти каждую ночь.

     Я закончил зарядку, наскоро ополоснулся под душем, поставил на плиту яичницу и быстро оделся. А вообще-то я бы для косморазведчика вполне подошел - и силы хватает, и здоровья, и реакция хорошая - вот только в науке я что-то медленно продвигаюсь - до сих пор защититься никак не могу. И тема, вроде бы, перспективная, и материалы кое-какие подсобирал, но что-то не клеится у меня с диссертацией.

     Я проглотил яичницу, выпил кофе, поставил посуду под кран, проверил, не забыл ли ключ, и хлопнул дверью.


     ...Эти трое выросли передо мной, словно из-под земли. В грязно-желтой маскировочной форме, бесформенных, похожих на булыжники, касках, с автоматами в руках. Они молчали. Я тоже молчал, тем более, что в спину и в затылок мне ткнулись еще два ствола. В затылок - это правильно. Во-первых, психологический эффект, а во-вторых, на случай, если на мне бронежилет. Молодцы, ребята. И маскироваться умеют. Только ведь я сейчас просто повернусь и упаду - конечно, очень быстро - и они перестреляют друг друга. Кто ж приставляет ствол в упор? Должны бы знать.

     Но тут я вовремя заметил блеск оптического прицела на бугорке, метрах в ста впереди. Они и это предусмотрели. Я прикинул, успею ли я его достать из реактивной пушки, спрятанной в моем правом рукаве. Может, и успею. А может, и нет. Пятьдесят на пятьдесят. Можно, конечно, рискнуть, но что-то подсказывало мне, что сейчас не стоит. А я всегда верю этому голосу.

     Я медленно поднял руки. Пока меня обыскивали, я с интересом рассматривал их. Несомненно, группа захвата - автоматы, ножи, гранаты, запасные магазины, у каждого еще и по пистолету. И действуют толково, слаженно. Чувствуется выучка. А вот руки вязать они не умеют. При необходимости я освобожусь за десять секунд. Ну что, все? Пистолет, обоймы, нож - все забрали. Кроме моей пушки. А в ней, как-никак, шесть зарядов. Еще повоюем. А теперь - в город? Точно, в город. Ага, у них и машина за бугром стоит. Тем лучше - быстрее доберусь. Спасибо, ребята.


     В последний момент я все же очнулся и успел отскочить на тротуар, чуть не сбив с ног полного гражданина в шляпе, тащившего два огромных торта. Такси с визгом затормозило на том самом месте, где я находился секунду назад.

     - Ты что, ослеп?! Прямо под колеса лезешь! Вот я сейчас как выйду... - но тут он взглянул мне в глаза и осекся. Толстый гражданин тихо сказал:

     - Наркоман. Милицию надо вызвать.

     Он думал, что я не услышу, но я услышал.

     - Вызывайте.

     Гражданин испуганно шарахнулся в сторону и поспешно затерялся в толпе. Никого он не вызовет - его же, в случае чего, в свидетели потянут, а ему домой надо - торты кушать.

     Я дождался зеленого света, перешел улицу и зашагал к институту. Однако, что это со мной? Во сне - к этому я уже привык, но сон наяву - это уж слишком. Так действительно недолго под машину угодить.

     Рабочий день, как обычно, начался со словесного поединка с Генкой Зеленковым, которого все у нас звали просто Зеленкой. Гена, как всегда, начал клянчить трансформатор для своей установки (второй год не могут выписать), а я, естественно, не соглашался, потому что мне тоже надо было ставить эксперимент. В конце концов, мы сошлись на том, что в первой половине дня ставлю эксперимент я, и Гена дает мне для этого свой осциллограф (осциллограф у Гены хороший, "широкоэкранный", не то, что мой), а после обеда я возвращаю ему осциллограф и трансформатор в придачу.

     Гена отправился в библиотеку, а я отсоединил свой осциллограф, подсоединил Генкин, включил установку и начал откачивать вакуум. В идеале, конечно, надо догнать его до одиннадцатого порядка, но мне и десятого хватит, тем более, что на одиннадцатый надо качать почти весь день.

     За час я вывел установку на режим, установил катодный ток, включил масс-спектрометр, самописцы и уселся за осциллограф. Кривая ползла, как ей и полагалось: маленький пик, провал, большой пик и медленный плавный спад с выходом на нулевой уровень. Можно снимать осциллограмму и считать энергию активации.

     Я еще раз взглянул на экран осциллографа и замер...


     ...Бронированные, выкрашенные в серый цвет ворота, местами облупившиеся и проржавевшие, со скрипом открылись, пропуская нас, и снова захлопнулись. Я услышал лязг задвигаемого засова. Приехали.

     Меня вытолкали из машины и повели в дом. Мы поднялись по заплеванным ступенькам, прошли по узкому темному коридору и остановились перед высокой потертой дверью без надписи. Старший из моих конвоиров вошел, а двое других остались караулить меня. Обезоружить их не составило бы особого труда, но я хотел посмотреть, что будет дальше. Возможно, мне удастся получить какую-нибудь полезную информацию.

     Через минуту дверь открылась, и меня втолкнули внутрь. За столом сидел толстый майор в серо-зеленой полевой форме и листал бумаги. Когда я вошел, он оторвался от этого занятия и уставился на меня. С минуту он молчал, оценивающе меня рассматривая. Видимо, прикидывал, что со мной делать. Старший группы захвата, судя по знакам различия - капитан - стал у меня за спиной. Наконец майор решил, что изучил меня достаточно и разлепил толстые губы.

     - Я знаю, что вы будете говорить, и знаю, что все это вранье, - от него сильно несло перегаром. - Поэтому давайте сразу начистоту - это единственное, что вас может спасти. Итак, с каким заданием вы высадились?

     Правду я ему, конечно, не скажу, но и прикидываться тоже бесполезно.

     - Разведка.

     - Что именно вы должны были разведать?

     - Я должен был попытаться проникнуть в запретную зону (так у них называется зона вокруг Абсолютного Исполнителя).

     - Один ваш уже проник туда.

     - Не знаю, о ком вы говорите.

     Конечно, это он о Крэе. Значит, он у них, как мы и думали. Это хорошо. Им он нужен живым.

     - Не врать! - он ударил ладонью по столу. - Вы все прекрасно знаете. Откуда вы прибыли?

     - Вам не все равно? Из Серана.

     - Не врать! Мы засекли ваш аппарат еще в стратосфере. И тот, на котором прибыл ваш сообщник - тоже.

     Ого, им и это известно! И все равно он дурак, хоть и много знает. В Центре давно догадывались, что им известно о наших визитах. Теперь это подтвердилось. Ну что ж, один раз можно сказать правду - теперь это роли не играет.

     - Хорошо, я скажу правду. Я с Альтанга.

     Майор был несколько удивлен.

     - Что такое Альтанг?

     - Планета, вращающаяся вокруг звезды, которую вы называете Клонг.

     Майор вытаращил глаза. Кажется, я сказал лишнее. Ну и черт с ним.

     Но он на удивление быстро взял себя в руки.

     - Что вам было нужно в запретной зоне?

     А вот этого говорить нельзя. У них полно легенд об этом месте, но точно они ничего не знают. Знаем только мы, да и то не все. Все знает один Крэй. А, может, и он не знает.

     - Это наше дело.

     - Послушайте, - майор с трудом сдерживался, - здесь вам не ваш Альтанг. Если вы будете молчать, мы все равно найдем способ вытащить из вас то, что вы знаете. А потом расстреляем. А если вы признаетесь сами, у вас есть шанс выжить.

     Хватит. Пора кончать с этим.

     - Хорошо. Я расскажу вам все. Вы можете не поверить, но... - пока я это говорю, я успеваю расслабить руки, и веревка съезжает вниз. Все. Руки свободны.

     С разворота я бью ребром ладони по шее того, что стоит сзади, и, пока он валится на пол, срываю с него автомат.

     - Ни звука, или вы - покойник.

     Майор ошалело хлопает глазами и постепенно белеет. Достать пистолет он и не пытается. Это хорошо.

     Решетки на окне нет - это их упущение. И прямо под окном стоит машина. Возле нее двое - курят и лениво переговариваются.

     - Не двигаться.

     Ногой высаживаю раму и выпрыгиваю в окно. Те двое не успевают ничего сделать - я бью одного автоматом в висок, другого ногой в пах и прыгаю в машину. На заднем сидении лежит тяжелый пулемет и несколько коробок с патронами. Очень кстати. Включаю зажигание, даю газ и выворачиваю руль. Машину заносит, но я уже развернул ее к воротам. Вскидываю правую руку. Пушка работает безотказно. Ворота с грохотом окутываются дымом и распахиваются. Из будки выскакивает часовой. На автомат нет времени - я снова стреляю из пушки, и на его месте встает столб огня и дыма. Сзади трещат автоматы. Сейчас бы гранату, но гранаты нет. Ничего, прорвемся! Я вырываюсь из ворот, но в этот момент пуля ударяет в заднее колесо. Еще метров пятьдесят машина несется по инерции, потом ее заносит. Я жму на тормоз. Приехали. Из ворот уже бегут солдаты в серо-зеленой форме. Я разряжаю в них автомат и переваливаюсь на заднее сиденье. Двое упали, остальные залегли.

     Вот он, пулемет. Хватаю его в одну руку, сумку с патронами - в другую и выскакиваю из машины. Рядом полуразрушенный дом - вполне подходящее укрытие. Вокруг визжат пули. Кажется, влип.


     Я очнулся. Звенел звонок на обед. Передо мной был экран осциллографа с застывшей на нем зеленой кривой. Опять это наваждение! Да что же это со мной?! Я поспешно переснимаю кривую, записываю в журнал параметры, выключаю установку и спускаюсь вниз, в столовую.

     После обеда я принялся за расчеты. И чем дальше, тем больше приходил к выводу, что эксперименты, которые я ставил уже второй месяц, наконец-то дали положительный результат. Активность образца была на порядок выше, чем в предыдущих опытах - дело сдвинулось с мертвой точки. Кажется, я все же закончу диссертацию в этом году! Я забыл про сны, про сегодняшние "отключения" - работа захватила меня, и когда прозвенел звонок, я встал из-за стола с чувством удовлетворения. За сегодня я, кажется, сделал больше, чем за предыдущий месяц. Я взглянул на часы. До свидания с Таней оставалось еще полчаса. Сегодня она уговорила меня пойти на дискотеку. Вообще я не против современной музыки, но танцевать не умею, и на дискотеки поэтому не хожу. Но тут - особый случай. Только надо будет переодеться - не идти же на дискотеку в костюме.

     - Ну вот, это же совсем другое дело! - приветствовала меня Таня, появляясь, как всегда, неожиданно, и не с той стороны, откуда я ее ждал (а ждал я ее уже полчаса). - А то в костюме тебе можно дать лет тридцать пять. Ты извини, нас в институте задержали...

     - Ничего. Мы не опоздаем?

     - Нет, как раз успеем. Я давно хотела посмотреть, как ты танцуешь.

     Этого я и опасался.

     - Боюсь, ты будешь разочарована.

     - Тогда придется тебя учить. Пошли.

     Когда мы вошли, в зале уже гремела музыка, мелькали разноцветные огни, по стенам метались феерические тени. Посреди зала несколько парней, стриженных "под панков", отплясывали брейк, а остальные, окружив их, хлопали в ладоши в такт музыке.

     - Ты брейк танцуешь?

     - Не знаю, не пробовал.

     - Тогда смотри.

     Таня выскочила в круг и присоединилась к "панкам". Движения у нее были гибкие, красивые, хотя, по-моему, не вполне соответствовали английскому "брейк" - "ломать". Но все равно танцевала она здорово!

     Песня кончилась. Таня протолкалась ко мне.

     - Ну что, понравилось?

     - Очень.

     - Теперь попробуй сам, а я посмотрю. А потом потанцуем вместе.

     Вечно у нее подобные причуды. Но я привык. Мне это даже нравится.

     Пронзительно взвыл синтезатор. Из колонок застучал пульсирующий ритм ударных.

     - Группа "Лайм", - объявил ведущий.

     Эту песню я где-то слышал, и, помню, она мне понравилась. Теперь танцевали уже все. Я тоже пристроился к танцующим и, изредка поглядывая на Таню, постарался включиться в ритм музыки. Постепенно мне это, кажется, удалось. Тело стало гибким, упругим, руки и ноги сами находили нужные движения. Я взглянул на прожектора, вспыхивающие в такт музыке. В их мигании было что-то гипнотическое, засасывающее...


     ...Пулемет дергался в руках, с огромной скоростью выбрасывая горячие, еще дымящиеся гильзы. Солдаты шли в атаку уже четвертый раз, и каждый раз огонь моего пулемета отбрасывал их назад. Между домом, где я засел, и покореженными взрывом воротами уже лежало полтора десятка трупов в серо-зеленых мундирах. Было жарко. Ударявшие рядом пули бросали в лицо грязно-желтый песок.

     Солдаты снова откатились. Еще шестеро остались лежать на песке. На их месте я бы уже давно попытался обойти противника с тыла. Но они, кажется, до этого еще не додумались. Прут прямо на пулемет. Пьяные они, что ли? Я отсоединил пустую коробку и вставил следующую. Это последняя. В коробке сто патронов. Плюс четыре заряда в моей пушке. И все. Этого хватит минут на пятнадцать или чуть больше. А потом...

     Позади раздался шорох. Я резко обернулся, подняв правую руку с пушкой - для ближнего боя пулемет не годится.

     Из приоткрытого люка, который я раньше не заметил, на меня смотрел человек.

     - Не стреляйте! Мы из подпольной организации.

     Действительно, из подпольной.

     - Вылезайте, только быстро. Пока они опять в атаку не пошли.

     - Лучше давайте вы сюда. Здесь подземный ход.

     Совсем как в приключенческом романе. Но мне все равно. Это спасение.

     - Сейчас.

     Я выглядываю в окно.

     Солдаты, прячась за воротами, выкатывали пушку. Хорошо, что раньше не додумались. Всыплю-ка я им напоследок, чтоб знали! Я поднял руку и выстрелил. Со страшным грохотом пушка взлетела на воздух. Полетели обломки, солдат расшвыряло в разные стороны. Пока они опомнятся, мы успеем уйти.

     Я схватил пулемет, выставил вместо него в окно попавшийся под руку обрезок трубы и, пригнувшись, бросился к люку. Передал ожидавшему меня человеку пулемет и соскользнул вниз сам.

     Здесь было темно, но у моего нового союзника оказался фонарик. Внизу нас ждали еще двое.

     - Это бывшая канализационная труба. По ней можно выйти в старый город. Идемте.

     Я не заставил их повторять дважды, и мы зашагали по подземному ходу.

     - Мы знаем, где ваш товарищ, - сообщил человек на ходу. - И поможем вам его освободить.

     Вот это удача!

     - Спасибо. Я для этого и прибыл.

     - Мы догадались. Но нам тоже нужна помощь.

     - Какая именно?

     - Оружие. Мы готовим переворот.

     Такие вопросы я решать не уполномочен. Вряд ли Центр захочет вмешиваться в дела этой планеты и снабжать оружием заговорщиков. Но на Центр можно и нажать. Им до зарезу нужен Крэй с его сведениями об Абсолютном Исполнителе. Ради них они пойдут на все. Что же до меня, то эти люди спасают мне жизнь, да и Крэя обещали помочь выручить. Не знаю, каковы их политические взгляды, но хуже, чем при теперешнем режиме, здесь не будет.

     - Хорошо. Оружие будет.

     - Когда и сколько?

     - Об этом поговорим, когда я спасу своего друга. Мы в долгу не останемся.

     - Хорошо. Его держат в тюрьме, но там есть наши люди. Мы устроим побег сегодня же ночью.

     - Отлично. Я, со своей стороны, сделаю для вас все, что смогу.

     Сейчас я говорю правду. Кажется, это действительно честные люди. Если их переворот удастся, никакого вреда, кроме пользы, для их страны не будет. Будет им оружие...


     ...Песня кончилась. Кажется, я продолжал танцевать все это время, и никто ничего не заметил. Я подошел к Тане.

     - Ну вот, а говорил, что не умеешь. Это же был настоящий брейк. У тебя очень неплохо вышло.

     - Что, правда?!

     - Конечно! Пошли танцевать.

     И мы пошли танцевать. Как ни странно, у меня действительно получилось. А потом мы танцевали медленный танец, шептали друг другу разную чепуху, я чувствовал пьянящий запах ее волос, видел совсем рядом ее большие серые глаза, и больше мне не нужно было ничего. Я был счастлив.

     Мы танцевали еще и еще, а когда дискотека наконец, закончилась, мне даже не хотелось уходить. Я и не думал, что это так здорово. Наверное, это потому, что рядом была Таня.

     Мы вышли на улицу. Домой идти не хотелось, и мы пошли гулять в парк. Мы брели по полутемной аллее; по телу разливалась приятная усталость. Стало прохладно, и я накинул ей на плечи свою куртку и обнял. Так мы и шли, ни о чем не разговаривая - нам просто было хорошо. И тут я опять "отключился".


     ...Мы спрятались в заброшенном сарае метрах в ста от тюремной стены. На вышках горели прожектора, освещая мертвенно-бледным светом невидимый для нас тюремный двор, а заодно и пространство на добрых пятьдесят метров вокруг тюрьмы. Наверху, по опутанной колючей проволокой стене, вышагивали часовые. Да, убежать отсюда не так-то просто. Но все же можно. Под утро из тюрьмы выезжает пустая машина - за продуктами - вот в нее-то и должен забраться Крэй. Дежурить у ворот будет свой человек. План простой и, кажется, достаточно надежный. Дорога проходит мимо сарая, в котором мы засели. Через дорогу уже переброшена веревка - стоит потянуть ее, и из кустов выползут "ежики" с гвоздями. Дальше все просто - обезоружить и связать водителя и уйти через все тот же подземный ход, который ведет к сараю. Эта планета, кажется, вся изрыта подземными ходами.

     Лязгнули ворота. Сидевший рядом со мной Анг взглянул на светящийся циферблат часов.

     - Они. Пора.

     Я аккуратно прислонил пулемет к стене и достал из-за пояса пистолет, который дал мне Анг. На ствол пистолета предусмотрительно навинчен глушитель. Бесшумно выскальзываем из сарая и втроем ползем к дороге. Водителя беру на себя я, Анг с напарником прикрывают.

     Из-за поворота послышался шум мотора. Едут. "Ежики" уже на дороге. Из-за бугра ударяет свет фар. Прижимаемся к земле. Лежим, не двигаясь. Машина уже совсем близко. Вот сейчас... Громкий хлопок и шипение спущенной камеры. И тишина. Что же он медлит? Почему не выходит из машины, чтобы посмотреть, что случилось? Или он что-то заподозрил?

     Хлопает дверца. Осторожно поднимаю голову. Вот он, возле машины. В одной руке фонарик, в другой автомат. Светит фонариком по кустам, настороженно осматривается. "Ежиков" он, кажется, еще не заметил. Вот повернулся ко мне спиной. Пора! Резко вскакиваю и перебегаю к машине. Осторожно выглядываю из-за капота. И в этот момент он оборачивается. В лицо бьет свет фонаря. Я стреляю и падаю. В ответ - длинная очередь. Пули щелкают по капоту. Переворачиваюсь на живот и стреляю по ногам. Он вскрикивает и валится на землю, и я всаживаю в него еще две пули. Автомат резко смолкает. Теперь надо быстро уходить. Анг с напарником лезут в кузов. Через несколько секунд они выпрыгивают уже втроем. Вот он, Крэй! Живой!

     Я сую ему в руку пистолет.

     - Я знал, что ты придешь за мной. Спасибо, Влад.

     - Не за что. Быстро, уходим.

     За бугром уже ревут моторы, по земле мечется луч прожектора. Неожиданно все вокруг озаряется ярким светом. Накрыли! Я вскидываю руку и стреляю. Наверху вспыхивает огненный клубок взрыва, и прожектор гаснет.

     Из-за бугра вылетают несколько мотоциклистов. Сверкают вспышки выстрелов. Анг с напарником стреляют в ответ. До сарая уже рукой подать. Напарник Анга падает. Я на секунду задерживаюсь возле него. Убит. В следующий момент на бугор с ревом выползает бронетранспортер. Ну, этим нас не испугаешь. Я стреляю из своей пушки. Мимо. Остался последний заряд. Останавливаюсь и стреляю уже прицельно. Есть! Взрывом бронетранспортер разворачивает поперек дороги, из него выпрыгивают солдаты. Я поспешно отстегиваю уже ненужную пушку и бегу к сараю. Сейчас я безоружен. Из двери выглядывает Анг.

     - Скорее!

     - Уходите, я прикрою. Их немного.

     - Хорошо. Встреча на старом месте.

     Солдаты в серых мундирах тюремной охраны уже бегут ко мне. Все вокруг озарено пламенем горящего бронетранспортера.

     - Не стрелять! У него нет патронов! Брать живым!

     Сейчас я им покажу "брать живым"! Вот только доберусь до пулемета.

     Солдаты уже совсем близко. Я влетаю в сарай и хватаю стоящий у стены пулемет. Получите! Из ствола бьет яростное пламя, пулемет прыгает в моих руках, изрыгая сплошной поток свинца. Я расстреливаю их почти в упор и вижу, как серые фигуры валятся, как подкошенные. Ага, повернули обратно! Бегут! Я стреляю вдогонку до тех пор, пока не кончается коробка. Все. Можно уходить. Я нажимаю кнопку на браслете, подавая сигнал ребятам на звездолете, и ныряю в черный провал подземного хода.


     - Слава!

     Я очнулся. Навстречу нам по аллее двигалась компания явно подвыпивших парней. Огоньки сигарет время от времени освещали разгоряченные лица.

     - Они мне не нравятся. Давай свернем.

     Мне они тоже не нравились, но сворачивать было уже поздно. Да, в конце концов, что тут особенного? Может, ребята со дня рожденья возвращаются.

     Они подошли вплотную и остановились. На всех - серые "варенки", такие же серые штаны со множеством змеек. И одинаковые стеклянные глаза. Совсем как солдаты тюремной охраны, которых я только что расстреливал из пулемета.

     - Слушай, давай отойдем, поговорить надо.

     Обычно даже у шпаны есть закон: если ты с девушкой - тебя не трогают. Но этим было все равно. Кажется, придется драться. А последний раз я дрался лет пять назад. И их пятеро. Исход тут однозначный. Если бы не Таня, я съездил бы по роже того, что стоит ближе, и - ноги в руки. Но сейчас не тот случай.

     - Ребята, мы торопимся.

     - Торопиться не надо, а то не успеешь. Отойдем.

     - Но я же не один.

     - Она подождет. А кто-нибудь из нас покараулит, чтоб не убежала, - они засмеялись.

     В следующий момент я снова "отключился".


     ...Все-таки они оказались упорнее, чем я ожидал. Я услышал позади топот ног.

     - Брать живыми!

     Ну, Крэя и Анга им уже не догнать. А меня пусть еще попробуют взять. В глаза бьет свет фонаря.

     - Вот он! Сдавайся!

     Ко мне бросаются сразу трое. Первого я тут же сбиваю с ног и прыгаю на второго. Его товарищ бьет прикладом, но я уворачиваюсь и подставляю под удар своего противника. Кажется, удар пришелся в висок, потому что он тут же начинает валиться на пол. А вот это тебе! Солдат складывается пополам. Срываю с него автомат. Кажется, что грохочет весь тоннель. Несколько бежавших ко мне фигур валятся на пол. Кто-то кричит. Еще очередь. И тишина. Вот теперь точно все.


     ...Рубашка на мне порвана, глаз заплыл, саднят содранные о чьи-то зубы костяшки пальцев. Трое "серых" лежат без движения, один пытается встать. Ничего себе! Как это я ухитрился?

     - Слава, сзади!

     От удара у меня из глаз летят искры, и я чувствую, что теряю сознание.


     ...Опрокинутая голубая чаша Земли заняла весь экран. Внизу, за прерывистым покровом белых облаков, уже можно было различить очертания материков и крупных островов. Наш челнок шел на снижение.

     И тут что-то случилось. На пульте замигала красная точка. Я услышал встревоженный голос штурмана:

     - Отказал генератор защитного поля. Разогрев корпуса превышает норму. Заклинило рули высоты. Срочное катапультирование, - и он нажал кнопку.

     Меня подбросило вверх. В следующую секунду раздался оглушительный грохот, сверкнуло пламя, и я потерял сознание.

     Когда я очнулся, надо мной плыли облака. Качались от ветра верхушки сосен. Я лежал на земле и смотрел в небо. Там, в вышине, расплывалось желто-бурое пятно. Меня катапультировали первым. Остальные уже не успели.

     Я с усилием поднялся. Вокруг валялись обломки спасательной капсулы. Я чудом уцелел. Болела левая нога и правый бок. Ребро, кажется, сломано. Да, жаль ребят. Столько лет работали вместе...

     Но их уже не вернешь, а мне надо как-то выкручиваться. Язык я знаю, биографию выучил под гипнозом, одет, как землянин, документы есть, деньги, на первое время - тоже, а потом меня рано или поздно найдут. Моего приземления, кажется, никто не видел. Надо идти, выбираться из этого леса. Я ступил на левую ногу. Острая боль пронзила все тело, и я снова потерял сознание.


     Я открыл глаза. На белом потолке плясал солнечный зайчик. С минуту я смотрел на него, соображая, где я. Потом вспомнил. Была драка, меня ударили по голове, и теперь я, по-видимому, в больнице. Потрогал голову - забинтована. И болит, но не очень сильно.

     Но это не главное. Главное - я все вспомнил. Я действительно с другой планеты. С планеты Альтанг. Земля была моей девятой планетой. При посадке произошла катастрофа, из всего экипажа спасся один я.

    

... ... ...
Продолжение "Он не вернется" Вы можете прочитать здесь

Читать целиком
Все темы
Добавьте мнение в форум 
 
 
Прочитаные 
 Он не вернется
показать все


Анекдот 
История эта произошла в штатах, где я сейчас в разгаре своего обучения в бизнес-школе при MIT, Massachussets Institute of Technology, который известен среди прочего как "лучшая инженерная школа мира" и этот образ всячески поддерживается даже в голливудских фильмах.

... Так вот, летели мы как-то в рамках учебной программы большой группой
-- человек 60 -- утренним рейсом из Техаса в Луизиану. Надо сказать, что накануне большинство бурно отмечало завершение очередного этапа и многие отрубились еще до взлета. Те же, кто не заснул (и я в том числе), хоть и не показывали этого, но страдали недугом в простонародии называемом похмельем.

Бортпроводник, узнав, что летит большая группа студентов из MIT, решил развлечься следующим образом – задать задачку и любого, кто ее решит, угостить бесплатным алкоголем. Я, как вы сами понимаете, насторожился.

Задачка такая: "супругам в сумме 91 год. Муж в два раза старше, чем была его жена, когда ему было столько, сколько его жене сейчас. Нужно определить сколько им сейчас".

Я не поверил своим ушам -- видимо, эта задача казалась ему верхом интеллектуального пилотажа. Короче, через двадцать секунд (столько потребовалось моему с трудом соображающему мозгу, чтобы ее решить) я стал ерзать на своем месте, пока, наконец, не остановил стюардессу. Она услужливо протянула мне карандаш и бумагу, но я просто назвал ей ответ.

и, о чудо! , бесплатное пиво в 10 утра :)!!!

стюардесса некоторое время с испугом смотрела на меня, жадно пьющего пиво, а потом спросила: "Вы математик?" Я поперхнулся. Хотел я было ответить, что я похмельный русский инженер-бауманец, но решил проявить политкорректность и поддержать бренд другого тоже ставшего родным вуза и сказал: "я просто из MIT" :) Помню, соседи по ряду с большим уважением посмотрели на меня.

К слову, вторым, кто решил эту задачу был наш руководитель группы, профессор Дон Розенфельд, который, видимо, тоже как и я чувствовал себя неважно :)

Для тех, кто интересуется, ответ: жене 39, мужу 52 (когда его жене было 26 (=56/2), ему было 39), а самое сложное в ней – воспринять ее на слух на английском языке :)
показать все
    Профессиональная разработка и поддержка сайтов Rambler's Top100