Вход    
Логин 
Пароль 
Регистрация  
 
Блоги   
Демотиваторы 
Картинки, приколы 
Книги   
Проза и поэзия 
Старинные 
Приключения 
Фантастика 
История 
Детективы 
Культура 
Научные 
Анекдоты   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Персонажи
Новые русские
Студенты
Компьютерные
Вовочка, про школу
Семейные
Армия, милиция, ГАИ
Остальные
Истории   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Авто
Армия
Врачи и больные
Дети
Женщины
Животные
Национальности
Отношения
Притчи
Работа
Разное
Семья
Студенты
Стихи   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Иронические
Непристойные
Афоризмы   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рефераты   
Безопасность жизнедеятельности 
Биографии 
Биология и химия 
География 
Иностранный язык 
Информатика и программирование 
История 
История техники 
Краткое содержание произведений 
Культура и искусство 
Литература  
Математика 
Медицина и здоровье 
Менеджмент и маркетинг 
Москвоведение 
Музыка 
Наука и техника 
Новейшая история 
Промышленность 
Психология и педагогика 
Реклама 
Религия и мифология 
Сексология 
СМИ 
Физкультура и спорт 
Философия 
Экология 
Экономика 
Юриспруденция 
Языкознание 
Другое 
Новости   
Новости культуры 
 
Рассылка   
e-mail 
Рассылка 'Лучшие анекдоты и афоризмы от IPages'
Главная Поиск Форум

Генри Фильдинг - Фильдинг - Политик из кофейни, или судья в ловушке

Старинные >> Старинная европейская литература >> Генри Фильдинг
Хороший Средний Плохой    Скачать в архиве Скачать 
Читать целиком
Генри Фильдинг. Политик из кофейни, или судья в ловушке

----------------------------------------------------------------------------

Перевод К. Чуковского и Т. Литвиновой

Генри Фильдинг. Избранные произведения в двух томах. Т. 1. М., ГИХЛ, 1954

OCR Бычков М.Н. mailto:bmn@lib.ru

----------------------------------------------------------------------------

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА


     Уорти.

     Скуизем.

     Миссис Скуизем.

     Политик.

     Xилaрeт.

     Рембл.

     Констант.

     Сотмор.

     Деббл.

     Порер.

     Куилл.

     Стафф.

     Миссис Стафф.

     Изабелла.

     Клорис.

     Фейсфул.

     Свидетели.

     Стража и т. п.
Место действия - Лондон.

ПРОЛОГ
Еще в Элладе, древней школе муз,

Узнал Порок сатиры горькой вкус.

Свободен, чист и неподкупно строг,

Правдивый бард бичом хлестал Порок.

Пусть негодяй был властью облечен,

В комедии за все карался он,

И был казним общественным стыдом

Виновный пред общественным судом.

Но вскоре стал Порок сильней всего,

Опасно стало раздражать его.

Могуществом оборонен от стрел,

Он нераздельно знатью овладел.

На сцене франт, скупец, ревнивец, мот,

Но знатный плут сюда не забредет.

Тут сильного не заклеймит наш свист,

Боясь хлыста, поэт упрятал хлыст.

Но вот, опасных не страшась дорог,

Сегодня муза вновь казнит Порок.

Вернув перу законные права,

Она проникла в логовище льва.

Где сильный благо общества блюдет,

Он уваженье в гражданах найдет.

Но тот, кто им на пагубную часть

Употребил полученную власть,

Услышит здесь, как рукоплещет зал

Тому, кто подлость подлостью назвал.

Ханжа, развратник иль чиновный вор

Сердито скажут: "Ваша пьеса - вздор!"

Но тех, кто чист, развеселит она:

Безвинному сатира не страшна {*}.

{* Перевод В. Левика.}

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
ЯВЛЕНИЕ 1


     Гостиная в доме Политика. Стол, заваленный газетами. Кресла, стулья.


     Хиларет, Клорис.


     Xилaрeт. Безумная затея, Клорис, ей-богу! Отдаться во власть молодому мужчине! Да меня бросает в дрожь при одной мысли об этом!

     Клорис. Поначалу-то оно, верно, страшновато; я и сама в день своей свадьбы ух как боялась! Ну, да к утру все как рукой сняло! Муж - что твое пугало: когда его узнаешь получше, куда и страх девался!

     Хиларет. А что как муж окажется плохой?

     Клорис. О, тогда и вы, сударыня, должны оказаться не лучше его. Коли он любовницу заведет, заводите и вы кавалера; а станет по кабакам шататься - назовите себе полон дом гостей, да и гуляйте с ними вволю.

     Хиларет. Хороши твои советы, нечего сказать!

     Клорис. Плохи ли, хороши ли, не знаю, а только я сама держусь этих правил. Муж мой был негодяй, обчистил меня как липку и содержал любовницу у меня под носом. Ну да и я в долгу не осталась! По мне, сударыня, при таком муже непременно должно держать заместителя. Бывают же они у наших сановников, которые от важности сами и шагу ступить не могут!

     Хиларет. Ну а если б ты была влюблена в своего мужа?

     Клорис. А я и любила его, сударыня, покуда он того стоил; да ведь любовь - что твой огонь, без топлива гаснет.

     Хиларет. Вот кому можно верить, так это моему Константу! По мне, если любишь, так уж верь своему избраннику, хотя бы и знала, что он тебе врет. Ах, Клорис, легче гору сдвинуть, чем женскую любовь...

     Клорис. А гора-то, глядишь, на песке!

     Хиларет. Любовь - всегда любовь, кого б мы ни любили! Подчас приписываешь своему милому такие достоинства, каких у него нет и в помине. Все мы, когда влюблены, глядим на предмет своей страсти как бы сквозь волшебный кристалл; и это радужное видение остается у нас в душе навсегда. Любовь - как вера в бога: не требует никаких доказательств.

     Клорис. Насколько я могу судить о мужчинах, сударыня, - а опыт у меня, по чести сказать, немалый, - вы не могли избрать себе лучшего предмета страсти: капитан Констант обладает всеми качествами, о каких может мечтать женщина. Молод, статен, с лица красив, любезен, и такой, что уж никогда не изменит! К тому же, как мистер Каули * говорит, у него очень...
ЯВЛЕНИЕ 2


     Политик, Хиларет, Клорис.


     Политик. И пошли и пошли - тик-так, тик-так, как часы! Ну, что вы там замышляете, а? Известное дело, где две женщины, там и жди беды!

     Клорис. Напротив того, сударь, я слыхала, что, коль женщина побудет с мужчиной, вот тогда-то и жди беды! Хотя, по-моему, мужчина и женщина самая подходящая пара!

     Политик. Ты и дочери моей проповедуешь такую же мудрость?

     Хиларет. Право, папенька, в том нет нужды, у меня у самой те же мысли.

     Политик. Скажите! Ну да в этом деле я не дам тебе воли!

     Хиларет (в сторону). Посмотрим!

     Политик. Я думаю, у самого кардинала Флери * меньше забот, чем у меня с этой девчонкой! Один из древних мудрецов говорил, что легче управлять королевством, чем собой; я же скажу, что управлять женщиной труднее, чем двадцатью королевствами.

     Хиларет. Право, папенька, было бы лучше, если б вы меньше заботились о кардиналах да королевствах и занялись бы своими делами. Ну что вам дался хотя бы этот Дон Карлос?* Уж не прочите ли вы его себе в зятья?

     Политик. Кого? Его? Да ни за какие королевства! Вот погоди, я тебе сейчас растолкую, что он за птица, этот Дон Карлос...

     Хиларет. Ах, увольте! Ничевошеньки-то я не понимаю в вашей политике!

     Политик. И напрасно. Ни один роман не принесет тебе столько пользы, сколько приносит газета. В одном газетном столбце заключено больше, чем в вашем "Великом Кире" *.

     Хиларет. Больше небылиц, вы хотите сказать? Вы знаете, я всегда читаю великосветские новости в "Правительственной вечерней газете", остальное же и читать незачем.

     Политик. Если хочешь быть осведомленной в политике, ты должна прочитывать все газеты - примерно сорок в день, а то и пятьдесят. По субботам же - все восемьдесят. Если бы ты следовала этой системе на протяжении года, ты разбиралась бы в политике не хуже любого... любого завсегдатая нашей кофейни. Чем лезть в великосветские дамы, занялась бы ты лучше политикой!

     Хиларет. С вашего позволения, папенька, лучше бы вы занимались ею поменьше!

     Политик. До чего же ты заблуждаешься, дитя мое! Ну, да я вижу, какой-то дурак замутил тебе голову! Погоди, ты еще доживешь до того, что твой отец станет одним из величайших людей в Англии. Не я ли пророчил во время осады Гибралтара *, что не далее как через три года выяснится, чего нам ждать: мира или войны? Но нет, твой отец невежда, твои отец ничего не смыслит, зачем только он забросил свою торговлю, не так ли? Ну а что бы в таком случае сталось со всеми моими проектами, позвольте вас спросить? У меня двадцать различных планов, которые я готов представить в парламент. Они должны принести мне бессмертную славу, а моему отечеству неоценимые блага. Да знаешь ли ты, что я изобрел способ погасить весь наш государственный долг, не тратя при этом ни гроша?

     Xилaрeт. И, верно, ни гроша не заработаете на этом.

     Политик. Боже упаси! Но это даст мне такую славу, такой великий почет, какого я не уступил бы и за двадцать тысяч фунтов. Вот уж три года, как этот проект лежит у одного моего приятеля, члена палаты общин, и совсем недавно этот приятель заверил меня, что мой проект будет представлен в парламент в ближайшее время... не на этой сессии, однако...

     Хиларет (в сторону). И не в этом столетии, боюсь.

     Политик. А в чем, ты спросишь, состоит мой проект? Да просто-напросто в том, чтобы соорудить машину, которая проволокла бы наши корабли по суше на протяжение каких-нибудь ста миль. Таким образом мы могли бы вести торговлю с Ост-Индией * через Средиземное море.

     Хиларет. Желаю вам успеха, сударь! Однако становится поздно. Покойной ночи, папенька! (Уходит.)
ЯВЛЕНИЕ 3


     Политик (один). Приготовления турок не дают мне покоя. Хотел бы я знать, каковы их намерения? Уж не собираются ли они выступить против самого императора? * Не иначе, как еще одной венгерской кампанией пахнет *. Дай-то бог, чтобы дальше не пошло!.. Уж если турецкие галеры проникнут в Проливы *, беды не оберешься. Могу только сказать, что не хотел бы дожить до этого дня.
ЯВЛЕНИЕ 4


     Политик, Деббл.


     Деббл. Беда, беда, сосед Политик! Все кончено! Мы пропали!

     Политик. О боже, что случилось? Не новости ли из Турции?

     Деббл. Прибыла депеша с известиями о смерти дофина *.

     Политик. Час от часу не легче! Вот это удар! Мистер Деббл, я чрезвычайно обрадован вашим посещением! Мы должны потолковать об этом злополучном происшествии. Курите, не стесняйтесь... Только бы это не помешало Дон Карлосу закрепиться в Италии!

     Деббл. Дай бог, чтоб помешало!

     Политик. Что вы?

     Деббл. Боюсь, как бы Дон Карлос не оказался более грозной силой, чем мы думаем.

     Политик. Дон Карлос - грозная сила, мистер Деббл?

     Деббл. Еще бы! Вот погодите, увидите!

     Политик. Сударь, на мой взгляд - Дон Карлос совершеннейший нуль в европейской политике, и, позвольте вам заметить, турки внушают мне в тысячу раз больше тревоги, чем ваш Дон Карлос. Трудно сказать, что скрывается за их приготовлениями, - я знаю лишь одно, что я ничего не знаю.

     Деббл. Незачем идти так далеко, когда опасность под носом. Наши дела на Западе так плохи, что на Восток нечего и глядеть. Чудовищная власть, которую со смертью дофина приобретает Дон Карлос...

     Политик. Вы хотите сказать, чудовищная власть, которую приобретет император?

     Деббл. Император - ха!

     Политик. Дон Карлос - пф!


     Оба неодобрительно покачивают головой.


     Деббл. Позвольте задать вам один вопрос, мистер Политик: как велика, по-вашему, Тоскана?

     Политик. Как велика, по-моему, Тоскана? Позвольте, позвольте... Тоскана, ну да... Вы спрашиваете, как велика Тоскана?.. Гм... Фейсфул, еще табаку! Как велика она, говорите вы?.. Полагаю, что она величиной с королевство французское... а то и побольше...

     Деббл. Больше королевства французского?! С таким же успехом можно сравнить вот эту трубку с пушкой. Тоскана, сударь вы мой, всего лишь городишко! Впустить гарнизон в Тоскану... я хочу сказать - в город Тоскану...

     Политик. Я докажу вам, что вы заблуждаетесь, сударь... Фейсфул, принеси-ка сюда карту Европы!

     Деббл. Вот уж не думал я, что вы окажетесь таким профаном в географии, сударь!

     Политик. Да уж, верно, я смыслю не меньше вашего или кого другого в этом предмете.
ЯВЛЕНИЕ 5


     Политик, Деббл, Фейсфул.


     Фейсфул. Сударь, сударь, ваша дочь бежала, и никто не знает куда!

     Политик, Боюсь, сударь, как бы нам не пришлось жестоко поплатиться за ваше невежество в государственных вопросах!

     Деббл. Пошлите же за картой, сударь!

     Политик. Далась вам эта карта! Карта в моей голове, карта всего мира, сударь!

     Фейсфул. Сударь, ваша дочь...

     Деббл. Сударь, если ваша голова и впрямь карта, то по этой карте далеко не уедешь.

     Политик. Сударь, я не решился бы в нашей кофейне назвать Тоскану городом, даже если б меня сделали ее королем!

     Деббл. А я так не стал бы сравнивать Тоскану с Францией, даже если б меня за это провозгласили королем и Тосканы и Франции!
ЯВЛЕНИЕ 6


     Политик, Деббл, Фейсфул, Порер.


     Порер. Замечательные новости, джентльмены! Угроза миновала!

     Политик. Еще кто-нибудь умер?

     Порер. Напротив, получена депеша, в которой сообщается, что дофин пребывает в добром здоровье.

     Деббл. Поистине добрые вести!

     Политик. Ваши сведения из достоверного источника?

     Порер. Из самого наидостовернейшего - я только что из канцелярии министра!

     Политик. Дражайший мистер Порер, вы самый желанный гость!.. Ваши вести делают меня счастливейшим из смертных...

     Фейсфул. Сударь, как бы мои вести не превратили вас в несчастнейшего из них. Ваша дочь, сударь, мисс Хиларет, бежала из дому, и никто не знает куда!

     Политик. Моя дочь бежала! Признаться, это и в самом деле несколько омрачает мое счастье. Но, потеряй я двадцать дочерей, радость от выздоровления дофина превзошла бы мою печаль! Все же я вынужден покинуть вас, джентльмены, и пойти расследовать это дело.

     Деббл. Ничто не должно огорчать вас, сударь, после того, что мы с вами сейчас узнали... Ведь личные интересы всегда должны уступать интересам общественным.


     Все уходят.
ЯВЛЕНИЕ 7


     Улица. Сотмор и Рембл.


     Сотмор. Как? Ты хочешь нас покинуть и улизнуть к какой-нибудь дрянной девке? Чума их порази, они перепортили всех моих собутыльников! По их милости мне так часто приходится ложиться трезвым в четвертом часу утра, что, если бы даже все до одной женщины провалились в тартарары, я поднял бы бокал и сказал бы: "Счастливого пути!"

     Рембл. А я пустился бы туда следом за ними. Прелестные созданья! Женщина! Какое слово! В нем музыка, волшебная сила! Марк Антоний хорошо распорядился своим добром, когда отдал весь мир за женщину *. Он приобрел сокровище за бесценок.

     Сотмор. Что до меня, то я признал бы его сделку выгодной, если бы он взял не девчонку, а бочку доброго бордо.

     Рембл. Вино должно служить лишь прологом к любви, оно обостряет радость предвкушения. Бутылка - лишь приступочка у ложа сладострастья. Невежда пьет вино лишь для того, чтоб напиться, а любовник - чтобы воспламенить свою страсть.

     Сотмор. Ну, не досадно ли, что такой прекрасный напиток заставляют служить такому недостойному делу?

     Рембл. Напротив, в этом самое благородное назначение виноградной лозы. И нет большей чести для Вакха, чем быть пажом при Венере.

     Сотмор. Да не видать мне ничего, кроме несчастной маленькой пинты вина до скончания моих дней, если я когда-нибудь еще отправлюсь в кабак с человеком, который норовит улизнуть после первой же бутылки!.. Да я скорее запишусь в члены купеческого клуба, где все пьют наперстками, точно боятся, как бы вино не распалило их воображение прежде, чем они раскачают свои ленивые мозги беседой! Да лучше пить кофе с каким-нибудь политиканом, или чай со светской дамой, или кислый пунш с джентльменом из общества, чем служить точильным камнем сладострастию своих приятелей! И все ради того, чтоб какая-то дрянная потаскушка пожинала плоды моих трудов!

     Рембл. Да ты рассвирепел словно женщина, у которой любовник в последний миг сплоховал.

     Сотмор. А что же, мне впрямь так же худо, как ей.

     Рембл. Друг мой, пойми: когда у мужчины начинает туманиться ум, вот тогда-то он и подходит для женского общества. Еще одна бутылка, и я бы не годился ни для какого общества.

     Сотмор. И тебя унесли бы со славой! Порядочный человек не смеет покинуть кабак, как солдат не смеет бежать с поля сражения. А ваш брат, щеголь, только и думает, как бы уберечь себя и от войны и от вина ради прекрасных дам. Черт побери! Я презираю вас, как честный солдат презирает дезертира. И не удивляйтесь, сударь, если, завидя вас на улице, я перейду на другую сторону.

     Рембл. Дражайший Силен *, смени гнев на милость! Я только пойду освежиться, - прогуляюсь немного и опять вернусь к тебе в кабачок. Бургундское будет моим девизом, и я буду сражаться под твоей командой, пока не лягу костьми.

     Сотмор. Теперь я вижу, что ты честный малый, и потому разрешаю тебе провозгласить тост в честь любой красотки. Мы будем пить ее здоровье, пока тебе не почудится, что ты ее обнимаешь. Для человека с пламенным воображеньем нет лучшей сводни, чем бутылка. Она приведет в твои объятия, кого ты захочешь - от самой чопорной жеманницы до самой отчаянной кокетки. Ты овладеешь ее прелестями, несмотря на все ее уловки. Куда там, - ее прелести возрастут так, что никакому искусству с ними не сравняться! А наутро, пресытившись наслаждением, ты спокойно проснешься в своей постели - ни жены под боком, ни заботы о возможном потомстве.

     Рембл. Однако!.. Ты нарисовал пресоблазнительную картину!

     Сотмор. Все так и будет, мой милый, вот увидишь! Ты восторжествуешь над ее добродетелью, если она порядочная женщина, и вызовешь у нее краску стыда, если она уличная девка. Ну, я пойду за пополнениями. Смотри же, не задерживайся. (Поет "Наполняйте стаканы". Уходит.)
ЯВЛЕНИЕ 8


     Рембл (один).


     Рембл. У этого малого, верно, душа сидит в глотке. Он только тогда доволен, когда глотает что-нибудь. А пьян он никогда не бывает; скорее бочка опьянеет от вина, чем он. Увы, я устроен не так! Чума возьми мою картонную башку! Только похоронишь вино в желудке, как его дух возносится тебе в голову. Впрочем, я сейчас в самом подходящем состоянии для интрижки. Кабы моя добрая звезда - а ее злая - привела сюда какую-нибудь красотку!.. Ба! Дьявол услышал мои молитвы!
ЯВЛЕНИЕ 9


     Рембл, Хиларет.


     Xиларет. Надо же было случиться такому несчастью! Потерять свою служанку в потасовке и не знать дороги к милому! Ну что мне делать?

     Рембл. Ага, приключение!

     Xилaрeт. Боже мой! Кто это? Кто вы такой, сударь?

     Рембл. Кавалер, сударыня. Рыцарь, странствующий по свету в поисках приключений. Моя профессия - брать приступом вдов, лишать девушек чести, уменьшать число котов и увеличивать ряды рогоносцев.

     Xиларет. Сударь искатель приключений, разрешите пожелать вам достойного успеха! (Порывается уйти.)

     Рембл (преграждая ей дорогу). Позвольте, сударыня, я только отправился в путь, и вы - первое мое приключение.

     Xиларет. Пустите меня, сударь, умоляю вас! Мне не о чем говорить с человеком вашей профессии.

     Рембл. Однако вы не слишком любезны, сударыня! Если я не ошибаюсь, у нас с вами профессии родственные. Мы с вами - как священник с монашенкой, и сам бог велел нам держаться друг друга.

     Хиларет. Я вас не понимаю, сударь!

     Рембл. Послушайте, сударыня, я немножко знаком с уставом вашей почтенной обители. Очень может быть, что я даже знаком с вашей матерью-игуменьей. Хоть я еще и недели не пробыл на суше, а перезнакомился с ними со всеми, с целым десятком.

     Хиларет. Вы нетрезвы, сударь, и, вероятно, не знаете, с кем имеете дело, поэтому я прощаю вам вашу дерзость.

     Рембл (в сторону; свистит). Вот оно что! Дочь знатного вельможи! Так я ей и поверил!.. Послушай-ка, милая, что мне за дело до твоего положения? Мне все равно, как ездит твой отец: сидит ли он в карете, запряженной шестерней, или с вожжами на козлах. Я бывал равно счастлив и в объятиях жены какого-нибудь честного боцмана и на груди ближайшей родственницы Великого Могола *.

     Хиларет. Сударь, ваша наружность говорит о том, что вы порядочный человек, и я убеждена, что всему виной досадное недоразумение. Я понимаю, что несколько странно встретить порядочную женщину на улице в такой час...

     Рембл (в сторону). Что странно то странно!

     Хиларет. Я не сомневаюсь, что, когда вы узнаете, как я очутилась в подобном положении, вы сами захотите мне помочь. Нынешней ночью я убежала из родительского дома; я шла, чтобы вверить свою судьбу возлюбленному, меня сопровождала служанка. В это время на улице случилась драка; мы разбежались в испуге и потеряли друг дружку... Сударь, я полагаюсь на ваше великодушие, - правда же, вы не захотите оставить женщину в беде? Вызволите меня, и вы можете рассчитывать не только на мою благодарность, но и на благодарность одного весьма достойного джентльмена.

     Рембл. Покорнейший слуга достойнейшего джентльмена! Однако, сударыня, вы пришлись слишком по сердцу мне самому, чтоб я стал вас беречь для другого. Если б вы оказались той, за кого я в первую минуту вас принял, я расстался бы с вами без особой печали. Но я увидел в ваших глазах аристократический герб, ваша светлость! (В сторону.) Пусть себе будет светлостью, если ей это нравится; легче дать титул, чем деньги.

     Xилaрeт. Теперь вы ударились в другую крайность.

     Рембл. Э, нет, сударыня! Судя по вашей выходке, вы должны быть либо знатной дамой, либо уличной женщиной! Жалкие добропорядочные твари, живущие с оглядкой на приличия, никогда не позволят себе такого благородного полета фантазии. Подобные полеты доступны лишь тем, кто привык парить над общественным мнением.

     Хиларет (в сторону). Этот малый просто безумец!

     Рембл. Так вот, моя милая! "Светлость" вы там или нет, не знаю, а распить со мной бутылочку в соседнем кабачке вам придется.

     Хиларет (в сторону). Есть только один способ от него отвязаться.

     Рембл. Идем же, мой ангел! О, какая нежная ручка!

     Хиларет. Если бы знать, что мне удастся сохранить мою честь...

     Рембл. О, на этот счет будьте совершенно покойны! Я готов заложить за нее что угодно (в сторону)... кроме моих часов.

     Хиларет. А мое доброе имя?

     Рембл. Об этом уж позаботится темная ноченька... (В сторону.) Честь! Имя! Вон как эти девушки научились петь за то время, что меня не было в Англии!

     Хиларет. Но будете ли вы вечно любить меня?

     Рембл. О, во веки веков, безусловно!

     Хиларет. И вы обещаете?..

     Рембл. Да, да, конечно!

     Хиларет. И вы не будете грубы со мной?

     Рембл. Что за вопрос! (В сторону.) А я то боялся, что она денег попросит!

     Хиларет. В таком случае я, пожалуй, рискну. Вы идите вон в тот кабачок на углу, а я за вами.

     Рембл. Помилуйте, сударыня, как можно! С вашего позволения, я за вами.

     Хиларет. Я требую, чтоб вы шли впереди!

     Рембл. Ну да, чтоб оставить меня в дураках! Вас, по-видимому, смущает неприглядность моего одеяния. Клянусь вам, я честный моряк и не улизну, не расплатившись!

     Хиларет. Я не понимаю, о чем вы говорите, сударь.

     Рембл. Вот вам фунтик чаю - лучшего не сыскать во всей Индии. Это, я надеюсь, вы понимаете?

     Хиларет. Сударь, я не беру подачек.

     Рембл. Отказалась от чая! Право, вы начинаете мне по настоящему нравиться. Видно, что вы попали на улицу недавно. Однако довольно разговоров! Если вы такая знатная особа, что вас непременно нужно носить на руках, извольте, я готов.

     Xилaрeт. Сударь, вы становитесь дерзки!

     Рембл. Вот что, перестаньте дразнить мою страсть! Поймите же, я только что сошел с корабля, я полгода не видел ничего, кроме облаков и мужчин, и вид женщины для меня так же мучительно-сладок, как появление солнца над Гренландией после полярной ночи. Я не из тех пресыщенных молодчиков, что способны лишь любоваться женщиной, как в театре. Я голоден, как зверь, и ты - моя перепелка. Чтоб мне не видеть ничего, кроме солонины, если я не проглочу тебя разом! (Обнимает ее.)

     Хиларет. Я закричу караул!

     Рембл. Неужто ты такая злюка? А впрочем, я привык к опасностям! Ну-с, моя Венерочка, соглашайся лучше добром, а не то я обойдусь без твоего согласия!

     Хиларет. Караул, караул! Насилие!

     Рембл. Не так громко, люди могут подумать, что это всерьез!

     Хиларет. Насилие! Спасите!
ЯВЛЕНИЕ 10


     Рембл, Хиларет, Стафф, стража.


     Стафф. Вот он, хватайте его!

     Рембл. Назад, негодяи!

     Стафф. Э, сударь, это вам следовало бы идти на попятный. Вы обвиняете этого человека в совершении насилия над вами, сударыня?

     Хиларет. Ах, я вне себя от страха!

     Стафф. Дело ясное. Насилие налицо. Бес, что ли, в вас вселился, что вы вздумали заниматься этим на улице?

     Хиларет. О боже! Мистер констебль, я прошу лишь о том, чтоб вы проводили меня домой!

     Стафф. Не беспокойтесь, сударыня, мы не оставим вас без свидетелей.

     Рембл. Ну нет, уж коли мне с этими господами суждено ночевать, я по крайней мере заручусь вашим обществом, сударыня! Констебль, я заявляю, что эта женщина пыталась меня обесчестить, в то время как я мирно прохаживался по улице. При этом она угрожала обвинить меня в насилии над ней.

     Хиларет. О! Мерзавец!

     Рембл. Да, да, сударыня, пусть ваш пример послужит уроком для других! Хороши наши законы, если трезвому человеку нет на улице проходу от женщин!

     Xилaрeт. Ради бога, сударь, не верьте ему?

     Стафф. К сожалению, сударыня, так как мы имеем всего лишь голословные заявления обеих сторон, мы не можем, решать, кто прав, кто виноват. Это выяснится к утру, после того, как мы наведем о вас справки. (К Хиларет.) Не огорчайтесь, милая, вы не останетесь без свидетелей.

     Хиларет. Нужно же было свалиться такому несчастью на голову честной женщины!

     Стафф. Если вы в самом деле честная женщина, этого джентльмена повесят за попытку лишить вас чести. Если же нет, вы будете биты кнутом за то, что обвинили этого джентльмена в похищении того, чего у вас нет и в помине.

     Хиларет. Ах, всему виной мой испуг! Право, мистер констебль, я готова отказаться от своего обвинения, лишь бы вы отпустили меня!

     Стафф. Подобная просьба, сударыня, - лишняя улика против вас.

     Рембл. Шила в мешке не утаишь!

     Стафф. Ведите их!

     1-й стражник. А по-моему, она похожа на порядочную.

     Рембл. Черт бы побрал всех порядочных женщин! С ними только свяжись - как раз угодишь либо под венец, либо в петлю!


     Все уходят.
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
ЯВЛЕНИЕ 1


     Комната Скуизема; стол, чернильница, перо, бумага и т. д.

     Скуизем и Куилл.


     Скуизем. Так тетушка Билкем отказывается платить, говоришь?

     Куилл. Так точно, сударь. "Я, говорит, гроша ломаного не дам за его покровительство, потому, говорит, на те деньги, что он у меня перебрал за три месяца, можно купить парочку присяжных на целый год".

     Скуизем. Отлично, отлично! Я ей покажу, что и я умею обращаться с присяжными. Куилл, сделай памятку на деле сводни Билкем, чтоб заручиться присяжными из списка номер три, когда начнут разбирать ее дело. Там все надежные и верные люди, один к одному. Их не собьешь никакими уликами, они слушают только меня.

     Куилл. Сударь, тут некто мистер Снеп, помощник пристава, арендовал дом и открыл торговлю. Он просит иметь его в виду, если где окажется свободное местечко присяжного.

     Скуизем. Занеси его в список номер два. Там чуть не все-помощники пристава. Закон, слава богу, не запрещает этим мясникам...

     Куилл. Закон, сударь, запрещает мясникам быть присяжными, но не запрещает присяжным быть мясниками.

     Скуизем. Вот еще что, Куилл, - подыскивай кандидатов для списка номер один. На ближайшей сессии откроется много вакансий. Право, если мы не научимся ладить с присяжными в Олд Бейли *, у нас не останется присяжных для Хикс-холла *.

     Куилл. Ваша правда, сударь. Этому списку как-то особенно не везет. На моей памяти уже дважды обновлялся весь состав - всех до одного перевешали!

     Скуизем. Бедняги, что и говорить! Все мы под богом ходим, Куилл! Кто желает процветать на этом свете, не должен бояться, что его скоро отправят на тот. На гражданской ли ты службе, на военной ли - все равно рискуешь головой. Хочешь пробиться в люди - не пугайся скамьи подсудимых. Она для тебя то же самое, что для солдата поле битвы. Тут та же война. Там герой погибает от пули, здесь - от петли!
ЯВЛЕНИЕ 2


     Куилл, Скуизем, Стафф.


     Куилл. Пришел мистер Стафф, констебль по наблюдению за нравственностью!

     Стафф. Дозвольте доложить, ваша милость: мы заглянули сегодня в игорный дом - в том переулке - и задержали шестерых. Двое предъявили нам бумагу с вашей подписью, и мы их отпустили.

     Скуизем. Остальные кто?

     Стафф. Офицер в отставке, помощник стряпчего и два молодых джентльмена из Темпля *.

     Скуизем. Офицера и стряпчего можешь сейчас отпустить: с армейских да с судейских ничего не возьмешь - у тех нет денег, а эти ни за что не расстанутся со своим кошельком... А молодых джентльменов подержим.

     Стафф. Не прогневайтесь, ваша милость, а только ведь они как-никак представители закона!.. Разумно ли, ваша милость, самим соваться льву в пасть?

     Скуизем. Напрасные страхи! Эта молодежь так же похожа на адвокатов, как наше дворянское ополчение похоже на солдат. У тех мантии, у этих сабли, - а толк один. Что подобные джентльмены проживают свои состояния, я знаю, а вот чтобы наживали - не слыхивал.

     Стафф. Ах, сударь, они ходят в кружевах, не хуже лордов!

     Скуизем. Не бойся адвоката в кружевах. Кто начинает свою карьеру в кружевах, кончает ее в лохмотьях.

     Стафф. Хорошо, сударь, я задержу их... Кроме того, мы подкрались к дому, о котором ваша милость сказывали, и уже с улицы услышали стук игральных костей; увидав, однако, у подъезда две кареты с гербами, мы предпочли не входить.

     Скуизем. И правильно сделали. Закон - это дорожная застава, где пешему нет прохода, а каретам - сделайте милость, пожалуйста! Законы подобны игре в "мушку": всякие нам короли, дамы всегда в безопасности, а червонные валеты - самые надежные карты.

    

... ... ...
Продолжение "Политик из кофейни, или судья в ловушке" Вы можете прочитать здесь

Читать целиком
Все темы
Добавьте мнение в форум 
 
 
Прочитаные 
 Политик из кофейни, или судья в ловушке
показать все


Анекдот 
- Рабинович, у всех кризис, а вы, судя по яхтам и островам, стали одним из богатейших людей мира? Откуда???
- Да это не я. Это мой прадедушка в 1909 году в Иллинойсе, в букмекерской конторе, на последние 10 центов, купил билетик 1:100000000000000, что негр, в ближайшие 100 лет, станет Президентом США.
показать все

Форум последнее 
 Андеграунд, или Герой нашего времени
 НАУЧНАЯ ФАНТАСТИКА ЛЬВА АСКЕРОВА
 Всё решает состояние Алексей Борычев
 Монастырь-академия йоги
показать все
    Профессиональная разработка и поддержка сайтов Rambler's Top100